– А что им еще оставалось? Иначе было бы странно, разве нет?

– В каком смысле?

Он хлопнул меня по спине.

– Тесты дорогие. Лучше, когда кто-то жертвует на это дело.

– Так это придумали твои родители?

– Придумали-то не они, – пояснил Дэвис. – Хотя мы действительно не видим ничего дурного в том, чтобы обратить внимание администрации на проблемы, связанные с употреблением наркотиков. В конце концов, это наш гражданский долг.

– Гражданский долг. Сволочь ты.

– Ой, да ладно. – Он открыл дверь туалета. – Еще не хватало, чтобы мы ссорились из-за этого. Тебе ведь ничего не будет, верно? Я знаю, твои друзья ведут себя… как малолетние преступники, но ты не похож на человека, который попадется на этом деле, парень из Тинека.

– Бруклина.

– Точно, извини. Но честное слово, я не хотел тебе навредить.

Я застыл на пороге:

– Ты решил подложить свинью Амиру?

– Самсону? – Дэвис фыркнул. – Порой он невыносим, но я его уважаю. И я знаю его. Он не такой дурак, чтобы подставиться. А вот Старк…

Мы приблизились к писсуарам. Я пристроился у крайнего слева. Дэвис выбрал соседний, хотя свободных писсуаров было много.

– Тебе обязательно было встать именно здесь?

– Ладно тебе, Иден.

– Я слышу, как ты дышишь.

– Человек имеет право дышать. Не зажимайся из-за меня.

Я не с первого раза открыл крышку; под насвистывания Дэвиса мы наполнили баночки. У меня колотилось сердце. Закончив, мы пошли вымыть руки, поставили баночки на полку у раковины. Я открыл воду, ополоснул лицо – казалось, я задыхаюсь. Дверь распахнулась. Влетел Джио с пылесосом в руках.

– Эй, вы, марш в класс, – рявкнул он и включил пылесос в розетку. – Мне надо работать.