– Что?
– Что будет после… всего этого? – Из какой-то далекой лунки доносился стрекот. – С нами, я имею в виду?
Она запрокинула голову, уставилась в небо.
– Красиво, правда?
– Правда.
– Давай не будем сегодня об этом думать.
Было полнолуние.
– Просто из Принстона в Джульярд… можно доехать на автобусе, – продолжал я.
Она медленно легла на спину. Взяла меня за руку, притянула к себе.
– Пойдем вместе на выпускной?
София приподнялась на локтях, слабый лунный свет заливал половину ее лица.
– Вообще-то я должна идти с Эваном. Он пригласил меня в девятом классе, еще совсем мальчишкой. И подарил мне розу. Мы тогда впервые поцеловались.
– Ясно. – У меня горели щеки. – Ладно, понял.
Она наклонилась к моему лицу:
– Но я хочу пойти с тобой, Гамлет.
Я подался к ней, поцеловал. Мы упали на траву, переплетя руки и ноги, над нами сияли бледные огни. Говорят, Томас Харди по часу в день смотрел на одну и ту же картину в местном музее, чтобы запечатлеть в памяти все: цвет, пигментацию, текстуру. Это мгновение, сказал я себе, станет картиной, к которой я буду возвращаться, эту исключительную вспышку счастья и красоты я буду пересказывать сам себе день за днем до конца жизни, до мельчайших подробностей: текстуру ее губ, вкус ее рта, ее ванильный запах, ночь, тянущуюся вокруг нас.
* * *
Уезжали мы в утреннем тумане. Встретились у терминала “Дельты”, Эван раздал нам билеты в первый класс. Летели недолго, час с небольшим. По приземлении нас ждал нанятый Эваном водитель со всем необходимым туристическим снаряжением: большой палаткой, гидраторами, посудой, ракетницей, охлаждающим контейнером для еды и пива. Ехать до Хореба – живописных туристических троп в горах Блу-Ридж – было недалеко. Водитель наш подтвердил, что мы не зря выбрали Хореб: высота почти четыре тысячи футов, ручьи, всевозможная живность.
– Птицы, рыси, койоты, кабаны, олени, лисы, барибалы, – перечислил он, – все что угодно. Вы рыбачить любите? Там множество видов рыбы, попадаются отличные экземпляры.
– Не особо, – ответил Оливер. – Я не охотник, уж скорее собиратель.