Я укладывала поленницу возле сарая с инструментами, когда на подъездной дороге показалась машина. Это была незнакомая малолитражка с вмятиной спереди. Я направилась к дороге, снимая на ходу перчатки и, когда машина подъехала ближе, увидела, что за рулем сидит Чезаре. Он помахал мне рукой в знак приветствия. Рядом была его сестра, которая решила поздороваться со мной, только выйдя из машины. Когда мы оказались лицом к лицу, она протянула мне маленькую, нежную руку, которую я хорошо помнила со дня свадьбы.

– Не хотите ли зайти в дом? – спросила я. – Кажется, сейчас пойдет дождь.

Чезаре широко раскрыл рот и вдохнул воздух полной грудью. Он словно пробовал этот воздух на язык, жевал его. Запах фермы: я точно знала, чего ему хотелось.

– Давай сначала пройдемся, – сияя, сказал он. – Я хотел бы тут все осмотреть, если ты не против.

И я повела его осматривать территорию, которая когда-то принадлежала ему, сообщила обо всех переменах, какие здесь произошли, и обосновала их, в точности так, как это сделали когда-то Берн и Данко: показала систему канализации и фильтрации дождевой воды, сухую ванну, плетень из щепок и соломы, внутри которого росли ароматические травы: каждое из этих нововведений потрясало его до глубины души, он слушал меня, заложив руки за спину, а потом произносил: «Великолепно!» Марина шла за нами, но ее взгляд блуждал по сторонам, и когда Чезаре спрашивал, нравится ли ей то или это, она отмалчивалась.

– Ты вдохнула новую жизнь в это место, – в заключение произнес Чезаре с высокопарностью, которая была ему присуща и которая у любого другого человека показалась бы смешной.

Мы сели за стол под навесом. Чезаре с изумлением и недоумением (а быть может, и с толикой ностальгии) взглянул на истрепанную скатерть с картой мира, потом с тем же выражением лица посмотрел на меня.

– Я пока не нашла подходящей скатерти на замену, – стала я оправдываться, – но, так или иначе, эта отслужила свое.

Чезаре ощупал стол, края столешницы и ножки, словно проверяя его состояние. Я принесла графин с водой, открытую бутылку вина и жареный миндаль.

– Я получил твое сообщение, – сказал Чезаре. – Мы получили. Марина очень благодарна тебе за то, что ты поставила нас в известность. Не правда ли? – Он ласково тронул сестру за руку, а она застенчиво кивнула. – Мы понимаем, что, написав нам о случившемся, ты поставила под угрозу благополучие других людей, и хотим сказать тебе: не беспокойся.

– Хорошо, – сказала я.

– Этот мальчик был способен на необыкновенные дела, – сказал Чезаре, глядя на меня своим пристальным взглядом, который трудно было выдержать. – Но его идея с пещерой потрясла меня.