Я попросил смотрителя принести со скотобойни половину туши теленка – праздничное угощение. Он так и сделал и даже не сильно удивился, увидев, как я присел между Кладеном и Вазоли. Я хотел поесть с ними, потому что это была еда стаи и она должна напомнить волкам, что я тоже принадлежу к их семье. Как только тушу затащили в вольер и смотритель ушел, волки спустились с холма вниз. Вазоли принялась за внутренние органы, Кладен – за мышечное мясо, а Сиквле досталось содержимое желудка и позвоночник. Я вклинился между Кладеном и Сиквлой, оскалил зубы и изогнул язык, защищая еду, которая по праву принадлежала мне. Склонившись над тушей, я принялся отрывать куски сырой плоти, пачкая лицо и волосы кровью и огрызаясь на Сиквлу, когда тот придвигался слишком близко к моей порции.
Уверен, что, когда я сделал перерыв, чтобы спокойно вздохнуть, я представлял собой то еще зрелище: грязный, окровавленный и сытый, в восторге от общества животных, которые понимали меня и которых понимал я. Я неспешно отошел от туши и последовал за Сиквлой к скале, где волк иногда дремал.
Уверен, что, когда я сделал перерыв, чтобы спокойно вздохнуть, я представлял собой то еще зрелище: грязный, окровавленный и сытый, в восторге от общества животных, которые понимали меня и которых понимал я. Я неспешно отошел от туши и последовал за Сиквлой к скале, где волк иногда дремал.
До этого мгновения я совершенно забыл о Джорджи. Она стояла по другую сторону ограды и с ужасом смотрела на меня. Я не делал ничего такого, чего бы она не видела раньше. Но думаю, она реагировала не на общение с волками или на нашу совместную трапезу. Скорее всего, в тот миг она просто поняла, что потеряла меня навсегда.
До этого мгновения я совершенно забыл о Джорджи. Она стояла по другую сторону ограды и с ужасом смотрела на меня. Я не делал ничего такого, чего бы она не видела раньше. Но думаю, она реагировала не на общение с волками или на нашу совместную трапезу. Скорее всего, в тот миг она просто поняла, что потеряла меня навсегда.
Джорджи
Джорджи
Не обращайте внимания на человека за кулисами.
Так говорит волшебник в «Волшебнике страны Оз». Пусть выступают собаки и пони, чтобы взгляды были прикованы к зрелищу, а не к реальности. Когда меня спрашивают о Люке, то чаще всего задают вопрос: «Каково это – быть замужем за таким человеком?» Наверное, глядя на его телевизионный образ, люди думают, что он неукротим в постели или предпочитает бифштекс сырым. Правда бы их разочаровала: когда Люк проводил время с нами, он вел себя совершенно обычно. Он смотрел И-эс-пи-эн, ел «Фритос». Менял лампочки и выносил мусор. Он был скорее обычным, чем необычным.