Параллельно с этими новшествами в средоточии власти сохранялись старые традиции. Так, ближний круг Алексея Михайловича образовался вокруг Бориса Ивановича Морозова, его наставника, взявшего в жены сестру царицы Марии Ильиничны Милославской. После того как царь вступил во второй брак, с Н. К. Нарышкиной, произошло возвышение ее родственников и всех, кто группировался вокруг них, включая Артамона Матвеева, в семье которого воспитывалась будущая царица. Точно так же браки последующих монархов – Федора, Иоанна и Петра Алексеевичей – приводили к образованию соответствующих группировок (см. главу 6).

К концу XVII века боярская знать превратилась из небольшой дружины, куда входило полтора десятка родов, в обширную элиту примерно из 100 родов, что привело к девальвации боярского чина. В центральных учреждениях теперь сидели опытные бюрократы и некоторые «чиновники из рядов знати». Кроме того, царь мог поручать особые задания тем или иным лицам и, разумеется, по-прежнему полагался на ближний круг – своих родственников и друзей, которым доверял.

ДВОРЯНСКАЯ КОННИЦА И ВОЕННАЯ РЕФОРМА

Московские власти привлекали к сотрудничеству также поместную знать, предоставляя ей земли, крепостных и статус. Русские князья – такие как московский – традиционно выставляли конное войско, вооруженное луками и приспособленное для сражений со степняками. В нем служили представители семейств, владевших вотчинами – наделами, передававшимися по наследству; самые состоятельные из них являлись на сборы со свитой из своих клиентов и крестьян. По мере поглощения Москвой близлежащих княжеств возглавлявшие их князья вместе со своим окружением, а также местные знатные конники, вливались в московское войско. С учетом суровых природных условий, богатство землевладельческой элиты мало зависело от обработки земли, так что ее представители не стремились создавать региональные центры власти и не привязывались к определенной территории. Перспектива получить военную добычу выглядела более привлекательной, и они охотно участвовали в предпринимаемой Москвой территориальной экспансии. Московские власти предотвращали сопротивление со стороны покоренных ими князей и их свиты, щедро раздавая земельные наделы, деньги, подарки, чины. После захвата Новгорода (1478) образовался обширный земельный фонд, пригодный для условных земельных пожалований (поместий). Последующие завоевания принесли еще больше угодий, и, кроме того, государство давало в качестве поместий земли со свободными крестьянами. К концу столетия почти все свободные крестьяне в центре, где почва была достаточно плодородной, чтобы имелась возможность содержать землевладельца, были розданы конникам-дворянам. Последние поначалу не жили на дарованной им земле, а лишь получали с нее доход, но постепенно поместья стали местами обитания большинства провинциальных дворян.