Особость старообрядцев проявлялась также в одежде, повседневной жизни, моральных нормах. Одеваться было принято скромно, по-крестьянски: кафтаны (и непременная длинная борода) у мужчин, свободные сарафаны у женщин, даже если это были состоятельные купеческие семейства из столиц. У беспоповцев существовали запреты на контакты с иноверцами, особенно строгие по части пищи: каждый, кто ел с ними за одним столом, подлежал покаянию, а приобретенные у них продукты ритуально очищались с помощью молитвы. Староверы образовывали сплоченные общины, регулярно совершали совместные молебны, проповедовали аскетический образ жизни, особенно в сексуальной сфере. Среди них выработалась этика, основой которой служили самоконтроль и умеренность. И мужчинам, и женщинам полагалось много работать, заботиться о своих близких, подавать пример верности и высокой нравственности, быть бережливыми и набожными. Употребление спиртного не одобрялось. Поощрялось проведение времени в кругу домашних, а не в местах, где шло светское общение (трактиры, воскресные гуляния и пирушки). Во всех этих случаях община отграничивала себя, физически и символически, от основной части общества.

Старообрядцы сумели выжить в империи, создавая небольшие общины и выбирая отдаленные места, и обычно избегали политических преследований. Петр I наказывал тех, кого считал опасными для государства, но, исходя из прагматических соображений, не трогал большинство старообрядческих общин в обмен на двойную подушную подать и прочие выплаты. Его преемники, вплоть до 1762 года, порой обрушивали гонения на старообрядцев, но это не привело к их исчезновению. При Петре III и Екатерине II началась, в духе Просвещения, эра терпимости. Петр III полагал, что старообрядцы – всего лишь жертвы суеверия и не должны подвергаться насильственному обращению в православие. При Павле, в виде компромисса, была создана единоверческая церковь: принимавшие единоверие присоединялись к господствующей церкви, но сохраняли свое богослужение и жизненный уклад. Вначале это привлекло многих, но вскоре единоверие стало клониться к упадку.

Такая общинная жизнь создавала проблемы для староверов, о чем пишет Ирина Перт. Богословие было неразрывно связано с повседневным существованием. Первоначально старообрядцы – и поповцы, и беспоповцы – считали, что присутствуют при конце времен, и, как капитоновцы в XVII веке, обратились к древним православным традициям: монашеское устройство общин, аскетизм, безбрачие, созерцательная молитвенная жизнь. Сексуальность была одной из основных проблем. У поповцев вступавшим в брак рекомендовалось сдерживать себя, для беспоповцев же не существовало иного выбора, кроме безбрачия (поскольку таинство брака совершиться не могло). Поэтому в ранний период у беспоповцев, как у монахов, женские и мужские общины были отделены друг от друга; за теми и другими надзирали духовные вожди из числа мирян. Тем не менее, их численность росла за счет присоединения православных, усыновления сирот и детей из воспитательных домов и деторождения, которое происходило, несмотря на запреты.