Выжив чудом в автомобильной аварии, в столкновении легковушки с фурою был ударом вынесен Чудиков на газон, получил сотрясение с переломами, был спасен. Воскрешен хирургами нашей травматологии, три дня провел между жизнью этой и лучшею в отделении реанимации и притянут к земной поверхности чудесами новейшими медицины. Загипсован лежал тихонечко, бормотал, разгипсованный коридором терапевтическим ходил, бормоча. И супруга Анна Ивановна, его дети Коля и Феденька навещали мужа и папу в отделении травматологии, потом хирургии, а после в отделении психотерапевтическом, только там, несмотря на все знания, не смогли его склеить в нормального, без извилины, так сказать, человека. Просто был он прежде по паспорту Чудиков, стал – по жизни.
Стал ходить по улицам города нашего К.И. Чудиков босоног по снегу морозному, по ноябрьской гущице, по асфальтовой копоти. Июнем по тополю, сентябрем золотыми листьями он ходил. Он ходил, улыбался, обращаясь к каждому встречному и попутчику с рассказом своим ненавязчиво, на все дни прошедшие и идущие очарованный, удивленный. Обращался к прохожим Чудиков с улыбкою светлою и с сиянием кротких глаз, от какой улыбки с сиянием, не дослушав его истории, все шарахались, разумеется, – не особенно в нашем городе к чудакам.
Все шарахались, мы дослушали. Вот и нам немного от его помешательства передалось, запомнилось. Ибо он рассказывал, пересказывал незатейливую историю чуда этого коротко:
– Жив, товарищи… Просто так…
Экспедиция
Экспедиция
Гениально написанное преступление убиенному дарует вечной живот. Это есть воскресение через распятие; смерть, дарующая бессмертие. Написав его, я не только создал его, возлюбил его, отпустил его и смерти предал его; но и, смертию смерть поправ, даровал ему бессмертие в памяти человеческой. Ф.М. Булкин