– Деньжищи, доча! Доллары, тыщи! – простонала мать.

– Это моя зарплата, – объяснила Валя.

– Не бывает такой зарплаты! Сейчас милиция ворвётся, спросют, где взяла? Что скажу? – причитала мать. – Говорю ж, коробка от обуви полная!

– У меня ещё двое больных. Дверь никому не открывай. Насмотрелась ты сериалов.

– Дверь-то у нас от честных людей! Наддай плечиком, она и слетит!

Валя улыбнулась по поводу материного воображения и продолжила приём. Отлично, подумала она, теперь есть деньги на Новый год. Матери куплю зимние сапоги. Вике – плеер. Юлии Измайловне – духи. Маргарите – крем. Эдику – джинсы.

Через час позвонила Вика:

– Прикинь, Рудольфиха типа с налоговой засыпалась, её пацаны тебе бабки передержать припёрли.

– Вик, это моя зарплата. Там договора на подпись, – успокоила её Валя.

– Такую зарплату Ельцин получает! Семнадцать штук баксов! Нет никаких договоров.

– Ты уверена?

– Бабка от страха на потолке сидит.

– Никому не открывайте, – занервничала Валя. – Скоро буду!

Набрала номер Рудольф:

– Что за деньги от тебя привезли?

– Те, что твой любовничек вымогает, – сказала Ада чрезвычайно весело.

– Почему семнадцать?

– Две возьмёшь себе. Ты ж, Лебёдка, гордая, зарплаты не просишь. Боишься башку наклонить, а то, как бы, корона свалится.

– Деньги возьму только по договору. А где твой сын?

– Появился через пять минут после того, как Горяеву отзвонила, что деньги у тебя! С какой-то прошмандовкой залип со вчера, а с сотовым шиза случилась.