Как и все остальное, формирование зрительского взгляда на трагедию начинается в раннем детстве, в семье. Дети слышат истории, которые повествуют о риске, боли и потере. Часто главный персонаж – будь то животное или человек – теряет кого-то любимого: матерей Бэмби и Бабар[427] убивают охотники; король слонов умирает, съев ядовитое растение. Между тем в реальной жизни дети часто сталкиваются с потерей, переживая смерть любимого животного. Эта потеря обычно подготавливает их к столкновению с потерей человека в будущем.

По мере того как дети растут, они становятся готовы к более реалистичным рассказам о семьях в тяжелом положении. В популярном аниме-фильме Хаяо Миядзаки «Мой сосед Тоторо», который особенно нравится детям в возрасте трех-четырех лет, приключения двух сестер обрамлены серьезной болезнью их матери, которая находится в больнице на протяжении всего фильма, и частым отсутствием обеспокоенного отца, который навещает ее. В серии автобиографических книг Лоры Инглз-Уайлдер (которые я очень любила в детстве) автор описывает, как ее семья сталкивалась с голодом, изнуряющей жарой и стужей, болезнями и опасностями со стороны животных и враждебно настроенных людей. Мэри, сестра Лоры, слепнет в результате болезни; их отец чуть не погибает во время снежной бури. Кульминацией этих книг является рассказ «Долгая зима» о том, как целый город в Северной Дакоте оказался на грани выживания, когда невиданное количество снега отрезало его от поставок продовольствия. Это лишь несколько примеров популярных произведений для детей, которые могут как познакомить их с уязвимостью человека, так и побудить к ценным дискуссиям в семьях и начальной школе. Единственное, что может сделать достойное общество, – убедиться, что такие качественные произведения являются частью учебной программы государственных школ и что писатели, художники и кинематографисты, создающие хорошие произведения для детей, получают должное внимание и заботу.

Но есть и другие возможные стратегии. К сожалению, всем обществам приходится сталкиваться с разного рода бедствиями, и то, как они репрезентируются в публичной сфере, чрезвычайно важно. Давайте рассмотрим три случая из истории Соединенных Штатов, в которых описанное нами созерцание трагедии успешно и проницательно формировалось при поддержке государства: траур по Гражданской войне, поддерживаемый речами Линкольна, Мемориал Линкольна и поэзия Уолта Уитмена; фотографии, которые использовал Франклин Делано Рузвельт во время проведения «Нового курса»; Мемориал ветеранов войны во Вьетнаме Майи Лин. Затем мы рассмотрим совершенно иной случай, в котором публичное обсуждение художественных произведений может развернуть дебаты о безмолвных трагедиях, которые ежедневно обрушиваются на возможности, и сам дух обездоленных людей и групп в несправедливых обществах.