– Вероятно, – сказала Первин, удивившись, что девушка заинтересовалась ее багажом.
– Ну, считайте, что вам повезло, потому что я учусь в Святой Хильде на втором курсе, – заявила незнакомка и вздернула подбородок, сделавшись будто бы еще выше. А потом она шутливо-доверительным тоном добавила: – Расскажу все, что вам необходимо знать.
– Буду очень признательна, – ответила Первин, почувствовав сильнейшее облегчение от того, что не явится в колледж полной невеждой.
– Меня зовут Элис Хобсон-Джонс, – добавила девушка, протягивая руку. – Родилась в Тамил-Наду, отправлена морем обратно в Лондон и Оксфорд, ненадолго причалила на Цейлоне, а дальше – кто знает?
Первин пожала протянутую руку.
– Очень рада знакомству, мисс Хобсон-Джонс. Меня зовут Первин Мистри, родилась и выросла в Бомбее.
– Зовите меня Элис, – с ухмылкой предложила ее спутница. – Четырнадцать дней в море – целая вечность, зачем нам формальности?
Взревела сирена, возвещая об отходе парома. Первин смотрела на родных, пока силуэты их не слились с другими провожающими. Вместо комка в горле она теперь ощущала нечто совсем иное.
Предвкушение.
1921
1921
28. Кот в мешке
28. Кот в мешке
Первин наконец очнулась: в горле сухо, а тело все мокрое. Похоже, она несколько часов обливалась потом. И все потому, что ее завернули в толстое грубое одеяло. Выпростав руку, она попыталась одеяло стащить, но оно лишь туже обмоталось вокруг ее скрюченного тела.
Тут она все вспомнила: Брюс-стрит, страшный мешок, наброшенный на голову. Вспомнила, как сопротивлялась, как ее ударили. В памяти всплыло, как ее везли по ухабам, как вытащили наружу, как неподалеку плескалась вода. Она уже приготовилась, что сейчас камнем пойдет ко дну в холодной воде. Жизнь ее завершится в Аравийском море, том самом, которое когда-то пересекли ее предки, чтобы начать новую жизнь в Индии.
Тогда, в Верховном суде Калькутты, Сайрус поклялся, что отомстит. Протекшие годы были заполнены учебой в Оксфорде, возвращением в Бомбей, работой в качестве поверенного в фирме отца. Первин позабыла все свои страхи – до последних нескольких дней.
Нападение застало ее врасплох, несмотря на предупреждающие знаки. План злодеев сработал безупречно. Родителям она про свои опасения ничего не сказала, времени прошло много – никто не заподозрит Содавалла. А после ее смерти – когда тело обнаружат – Сайрус волен жениться снова.
Раздался вой корабельной сирены, и в голову пришла еще одна мысль. Она вспомнила зловещую фигуру начальника Джаянта. Рави вне себя от ярости из-за тех новых прав, которые победа Джаянта даровала всем грузчикам. Возможно, что Первин – а ведь ей случалось бывать в доках – похитили, чтобы отомстить ее отцу. Ее бросят тут умирать. Рави уйдет от ответственности.