— Не можем, товарищ Сталин, — вырвалось у генерала. Он знал, что такой ответ — единственно верный, вне зависимости от того, что будет дальше.

— Как же нам быть с теми, кто верен Троцкому? — спросил маршал. — Могут ли такие люди сражаться бок о бок с нами, и можно ли им доверять? Не ударят ли они нам в спину в самый сложный момент?

Казалось, вопрос был риторическим. Однако Говоров, готовясь к докладу, знал, что такие слова прозвучат.

— Товарищ Сталин, разрешите? — сказал он.

Маршал сверкнул на него взглядом и вновь пыхнул из трубки.

— Говорите.

— Никакой пропаганды троцкизма мы не допустим, — начал генерал, — политика, проводимая партией большевиков под руководством Сталина — единственно верная. Но на той стороне есть те, кто не имел возможности услышать слово правды. Мы должны помогать этим людям, а не отталкивать их. Я уверен, что наши политработники сумеют убедить товарищей в безусловной правоте учения Ленина-Сталина.

Говоров перевел дух. Тишина в кабинете стояла оглушительная.

— Продолжайте, товарищ Говоров, — произнес Сталин.

— Эти люди храбро и беззаветно борются с фашистскими захватчиками, — сказал генерал, — я знаю много тому примеров. Эти люди — наши, товарищ Сталин, ручаюсь за это головой. Да, пока они во многом заблуждаются, но лучший путь избавить их от заблуждений — совместная борьба за освобождение Советской родины.

Сталин встал и прошелся вдоль стола, попыхивая трубкой.

— Товарищ Говоров, какие есть альтернативы этому плану? Можем ли мы освободить Москву только силами Красной Армии?

К такому вопросу генерал тоже готовился — несложно было предвидеть, что массовое привлечение партизан, которыми в большинстве случае командовали партийцы, назначенные еще при Троцком, встретит сопротивление.

— Можем, товарищ Сталин, — ответил он, — для этого потребуется сосредоточить на плацдармах группировку, сравнимую с той, которая освобождала Берлин. Я уверен, что при имеющемся опыте городских боев мы уничтожим группировку вермахта, дислоцированную в Москве.

Говоров смолк.

— Вы не договариваете, товарищ генерал, — сказал Сталин, — я вижу, вы сомневаетесь. Не стесняйтесь, говорите свободно.

— Спасибо, товарищ Сталин. Красная Армия, безусловно, выполнит задачу, но какой ценой? Бои с применением танков и артиллерии вызовут большие разрушения и жертвы среди мирного населения.

Маршал кивнул.

— Я понимаю вашу точку зрения. Это все, что вы хотели сказать?

— Так точно!