Некоторые из этих женщин оказались вовлеченными в проституцию не по своей воле. Масштабы торговли женщинами из бывшего Советского Союза с продажей их в Азию, Европу, Израиль, на Ближний Восток (особенно в страны Персидского залива) и в Соединенные Штаты резко возросли после 1989 года и на рубеже XXI века приобрели общественный резонанс международного масштаба, вызвав обеспокоенность международных финансовых и гуманитарных организаций. Каждый год мужчины, связанные с преступными сетями, обещали девушкам лучшую жизнь или более высокооплачиваемую работу в чужой стране, предлагали билет на самолет и визу и соблазняли этим десятки, а то и сотни тысяч женщин, не видевших для себя будущего в депрессивных городах и селах России. Типичный такой случай произошел с Леной (имя изменено): 19-летняя девушка с Дальнего Востока России откликнулась на объявление в газете о программе работы и учебы в Китае. По прибытии спонсоры отобрали у Лены и ее спутниц паспорта и заявили им, что каждая должна заплатить по 15 000 долларов, чтобы получить свои документы обратно. Лене и ее спутницам пришлось работать «актрисами» в местных ресторанах, гостиницах и ночных клубах, терпеть избиения, лишение свободы и жизнь впроголодь. Российское консульство, в которое они обратились, практически ничем им не помогло. Даже те женщины, которые изначально пришли в проституцию добровольно, могли подвергаться такому же обращению. Запуганные, избитые, запертые в квартирах, они оказывались в долговой кабале[340].

Кризис маскулинности

Эти масштабные, по большей части негативные изменения произвели на российскую общественность эффект настоящего шока, тем более что до середины 1980-х годов почти все россияне были отрезаны как от плохих новостей о внутренних делах, так и от связи с внешним миром. Старые коммунистические ценности, какими бы фальшивыми они ни были, все же поддерживали порядок и устанавливали правила в обществе. К середине девяностых многие совершенно перестали в них верить. Власть рухнула, на улицах царило беззаконие и насилие — по крайней мере так изображали дело СМИ. Бо́льшая часть населения стоически держалась, пытаясь как-то свести концы с концами. В каком-то смысле перемены вернули старый образ жизни: источником экономического выживания стала не работа, а семья. Для большинства женщин эти перемены означали необходимость обегать десятки магазинов, чтобы найти самые дешевые продукты, обходиться хлебом вместо мяса, при необходимости ограничивать себя в питании, чтобы накормить других, перешивать старую одежду, поддерживать сеть взаимовыручки с друзьями и соседями и применять всевозможные экономические стратегии, чтобы обеспечить семье еду на столе и крышу над головой.