Светлый фон

 

Как могло случиться, невольно возникает вопрос, что у такого выдающегося государственного мыслителя могла возникнуть такая идея ночного сторожа (как непревзойденно сказал Лассаль)? Кто научил его читать и писать, кто дал ему древнее образование, кто обеспечил библиотеки для его пытливого ума, кто сделал все это и, кстати, защитил его от воров и убийц и, как часть целого, от иностранного высокомерия – кто, как не государство? Смог бы он написать хотя бы одну страницу своих бессмертных произведений без государства? Каким маленьким кажется здесь великий человек!

Как могло случиться, невольно возникает вопрос, что у такого выдающегося государственного мыслителя могла возникнуть такая идея ночного сторожа (как непревзойденно сказал Лассаль)? Кто научил его читать и писать, кто дал ему древнее образование, кто обеспечил библиотеки для его пытливого ума, кто сделал все это и, кстати, защитил его от воров и убийц и, как часть целого, от иностранного высокомерия – кто, как не государство? Смог бы он написать хотя бы одну страницу своих бессмертных произведений без государства? Каким маленьким кажется здесь великий человек!

(Этика 217.)

(Этика 217.)

Государство – это историческая форма, в которой только и может быть искуплен человеческий род, и оно разрушится только в момент смерти человечества. Сначала она заставляет человека действовать законно, и это принуждение сдерживает природный эгоизм большинства граждан. Можно ли также не обязательно соглашаться с Фихте, который говорит:

Государство самим своим существованием способствует возможности общего развития добродетели среди человеческого рода, производя внешние хорошие нравы и мораль, которые, конечно, далеко не всегда являются добродетелью. Если нация будет жить в мире и спокойствии при этой конституции в течение нескольких веков, если новые поколения, а за ними и последующие поколения будут рождаться в ней и расти в ней, то постепенно исчезнет мода на внутреннее искушение к несправедливости.

 

Тем не менее, несомненно, что яростные, упорные волевые качества наследуются, изменяются и ослабляются постоянным принуждением. Во-вторых, государство защищает религии, которые, пока не все люди готовы к философии, необходимы для пробуждения в человеке милосердия и благотворительности, то есть добродетелей, которые государство не может навязать. В-третьих, как уже было сказано, только в государстве человечество может быть искуплено.

И оно будет искуплено; ибо оно не только позволяет отдельным людям посредством образования обрести проницательность, необходимую для признания того, что небытие лучше бытия, но и готовит массы к отрицанию воли к жизни, доводя в них страдания до крайности