– Как по-вашему, почему ребенок вызвал у вас подобные чувства?

– Младенцы во всех будят родительские инстинкты, – пожал плечами Джо. – Ну, может, кроме социопатов.

– Да. И?

– Ему было больно.

– Да. И?

– Меня это разозлило.

– Вас это разозлило, потому что?..

– Я не мог ему помочь. Я врач, а тут ничего не мог поделать.

– Вы сказали, что еще до этого ощутили связь с этим маленьким мальчиком?

– Не знаю.

– Вы разозлились на мать. На мать, которая вызывает у вас симпатию. Трудностям которой вы сочувствуете. Которая старается изо всех сил.

На этом Шандор остановился. Дал Джо переварить услышанное.

– Возможно, – продолжал он, – вы испытали к этому младенцу сострадание, в котором до сих пор отказываете самому себе.

– Младенец ни в чем не виноват. Он ничем этого не заслужил.

– Разве вы выросли в дисфункциональной семье по своей воле? – улыбнулся Шандор. – Вы заслуживаете страданий?

– Полагаю, это риторические вопросы, – отозвался Джо.

– Для большинства людей – да. В вашем случае я не был бы так уверен.

– Ясно. – Джо побарабанил пальцами по бедрам, как обычно, когда собирался сменить тему. – Я откликнулся на вакансию в Эдинбурге. И получил приглашение на собеседование.

– И этот шаг мотивирован… чем?