Сейчас, слушая беспорядочную стрельбу на площади, он вдруг пожалел, что не участвует в этом. Еще ему очень хотелось увидеть Лиссу. Как он к ней подойдет, он пока не знал.

От нечего делать он включил радио. Послышались звуки музыки. Унтер привык к тому, что его желания выполняются: когда хотелось музыки, он приказывал своим солдатам запевать песенку «Я знаю девушку с черными глазами и пунцовым ртом…». Сейчас ему хотелось, чтобы голос из радиоприемника посоветовал, что делать дальше.

Херфурт не любил неопределенности, но сейчас находился именно в таком состоянии.

Он был удивлен тем, что русские не заняли Вальденберга. Гитлеровцы такой возможности не упустили бы. И он, Херфурт, тоже. Его солдаты не оставили бы камня на камне, если эти камни им не нужны.

Через полчаса унтер склонился над картой, планируя проведение своей операции. Он понимал, что для более громкого дела ему необходимо иметь союзников. А нельзя ли найти их в самом городе, который ему захотелось захватить? Мысли о Лиссе отошли на задний план. Ратушу они заняли безо всяких трудностей. Теперь нужно найти добровольцев, которые сделают все, что он прикажет. А прикажет он своим солдатам привести к нему бургомистра, ландрата и красного главаря. И когда они окажутся перед ним, он скажет им: «За трусость приговариваю вас к смертной казни!» Унтер не был уверен, что его слова одинаково испугают всех арестованных. Ландрат, разумеется, перепугается, возможно, даже бургомистр струхнет, но вот представитель красных — вряд ли.

Перед зданием ратуши послышался какой-то шум. Унтер высунулся из окошка. Четверо его солдат возвращались с площади, надрываясь от смеха. Рукава их френчей были закатаны по локоть, как будто солдаты находились не в родной Германии, а шли по просторам России в первое военное лето под торжественные звуки фанфар. А как они тогда пели: «Вперед! Вперед на восток, славная армия!..»

Все это потом не раз показывали в кинохронике.

Херфурт знал, что они разогнали толпу с площади стрельбой, быть может, не только в воздух, но все это его как-то не трогало.

28

Раубольд озабоченно ходил взад-вперед по комнате, припоминая, не забыл ли он дать какие-нибудь нужные распоряжения, чтобы нападение бандитов не застало их врасплох. Дом, в котором жил Хайнике, находился под охраной.

Раубольд выглянул в окно. Во дворе замка собралось уже довольно много рабочих. Разделившись на небольшие группы, они оживленно беседовали. Раубольд радовался, что они сконцентрировались все в одном месте.

Спустившись во двор, Раубольд услышал обрывки фраз: