Потому министр зарубежных стран договорился с украинскими делегатами Кубани, что будет стараться, чтобы из Украины было послано в помощь Кубани все, что только будет можно. Имелась в виду дивизия генерала Г. З. Натиева, расположенная тогда в восточной части Харьковщины, вдоль границы. Она насчитывала в себе около 15 000 человек. «Гетман в целом одобрил план – послать эту дивизию к Азовскому побережью, посадить на корабли и осуществить десант на Кубанском побережье. Тем временем на Кубани вспыхнуло бы уже подготовленное восстание и с его помощью можно было бы выгнать из края большевиков, которым угрожали с севера и с северного востока донцами и добровольцами. Важно было опередить ген. Алексеева, захватить Екатеринодар и тогда было бы возможно провозгласить объединение Кубани с Украиной»[941].

Непросто оказалось уговорить немецкие оккупационные власти (истинных хозяев положения в Украине) дать согласие на задуманную операцию. Немцы пообещали заменить дивизию генерала Г. З. Натиева на большевистском фронте своими воинами и помочь в организации десанта.

Когда были утрясены все планы, все детали, подготовлены к отправке воины, надежды вдруг быстро разрушились. «…Дело разбилось из-за двойственной политики немцев и из-за саботажа, или точнее, предательства одного из высоких чинов украинского военного министерства: очевидно, пребывая в отношениях с ген. Алексеевым и содействуя его планам, этот господин намеренно затягивал дело, не считаясь с выразительными приказами Гетмана и военного министра, оттягивал под разными причинами начало операций, а тем временем Алексеев быстренько отправился в поход, захватив Екатеринодар и быстрым маршем двигался к Новороссийску. Тогда немцы заявили, что уже поздно, что они не могут допустить вооруженного столкновения между украинскими и российскими добровольцами»[942].

В мемуарах Д. И. Дорошенко добавил к отмеченному следующее: немцы, «как правило, в отношениях с нами вели двойную игру; в целой этой истории, кроме украинского генерала с немецкой фамилией, правдоподобно, принимали участие немецкие воинские круги, начавшие какую-то особую политику заигрывания, с армией российских добровольцев»[943].

Таким образом, вместо дружественной, родственной Кубани образовалась занятая Добровольческой армией территория, как элемент возрождения единой и неделимой России. Кубанская Рада вынуждена была покориться силе…

Правда, и в Украине, и на Кубани еще на что-то надеялись. Министерство зарубежных стран Украинской Державы разными путями оказывало материальную помощь силам и людям на Кубани, настроенным проукраински. Однако это касалось главным образом пропагандистской деятельности.