Занимается второе утро, и в течение этого дня я нахожу тропу оленей, предположительно ланей.

В ушах звучат слова отца: «Волка выследить нельзя. Он умнее нас. Но можно выследить его жертву».

Иногда мне кажется, что я могу различить самые слабые отпечатки волчьих лап на оленьей тропе, — только лишь потому, что за всю жизнь видела их много. В этом разница между валком и собакой или даже между волком и большинством остальных зверей. Изящество и сноровка в поисках уплотненного снега, с трудом утрамбованного другими животными, — это мудрый способ сэкономить силы, которые ему понадобятся. Но я напала на след.

Через некоторое время мы идем по тропе ланей вдоль обледенелой реки к огромному замерзшему озеру. Оно сияет на солнце голубоватой белизной. Следы расходятся по его берегам.

А на другой его стороне, ничуть не опасаясь меня, стоит волчица.

Она наблюдает за мной. Желтовато-коричневое пятно на снегу. Можно предположить, что Десятая бросает мне вызов. Потом она как ни в чем не бывало скрывается из виду.

Как бы я ни стремилась добраться до нее, я не настолько глупа, чтобы пускать лошадь по замерзшей воде, не зная толщины льда. Я трогаю Галлу вперед, и мы начинаем обходить озеро, шагом. Меня не удастся подстрекнуть перейти на рысь или галоп; моя уверенность будет кипеть долго и медленно. Торопиться не нужно. Я нашла ее. Вооружившись терпением, я ее убью.

Я иду по следам Номера Десять, ясно и отчетливо видным в снегу. Они легко выводят нас к подножию горы. Волчица, должно быть, унюхала мой запах. Наверно, знает, что я пришла за ней. Но, насколько я вижу, она не бежит, а идет спокойно, совсем как мы. По мере того как мы продвигаемся, во мне пробуждается какой-то древний инстинкт. Я беру с седла ружье, заряжаю его пулей, но не снимаю с предохранителя, а ствол направляю в небо. Шаги Галлы становятся моими, ритмичные движения ее тела отдаются в пульсации моих артерий.

Волчица впереди нас издает вой.

Существо, обладающее самым сильным на Земле инстинктом защиты своей территории, предупреждает меня держаться подальше или продолжать путь на свой страх и риск.

Десятая воет снова и снова и начинает переходить от угроз к насмешкам.

Галла прижимает уши, но спокойно продолжает путь. Я этого спокойствия не разделяю и вся аж бурлю от гнева. Волчица подначивает меня, доводит до бешенства. Я чувствую в себе нарастающую агрессию, руки дрожат от нужды приобрести власть над событиями, бросить вызов судьбе, и если это реванш за все, что у меня отобрали, тогда пусть, я это приму. Хватит исполнять роль жертвы. Пора наконец стать хищником. Забыть об ограничениях и защите, взять пример с той, на кого я охочусь, и почувствовать азарт зверя в полной мере.