Райдер, Шафер и еще один агент 3 октября опросили ее по телефону, используя громкую связь. Незадолго до этого родственники Кэтрин нашли тело ее матери. Оно находилось в большом временном морге, устроенном в городке Сент-Габриэль, который располагался между Новым Орлеаном и Батон-Руж. Коронер из Висконсина по собственной инициативе сообщил Нельсон, что в отношении ее матери была проведена процедура вскрытия. Кэтрин поинтересовалась у него, почему это было сделано. По словам коронера, были основания подозревать, что пациентку подвергли эвтаназии.

«Я не думаю, что какие-либо обстоятельства могут оправдать эвтаназию», – сказала Кэтрин, говоря с Райдер и Шафером. Она понимала, что ее мать в любом случае должна была скоро умереть. Но с точки зрения Кэтрин, убить кого-либо было все равно что пойти против Бога. Она, долгое время ухаживавшая за больной матерью, лучше, чем кто бы то ни было, знала, чего хотела Илэйн и страдала ли она. Но никто не поинтересовался ее мнением. Ее мать, Илэйн Нельсон, была очень сильной женщиной и всегда считала, что человек в любой ситуации должен поступать по совести. Она была из тех людей, кто всегда готов поделиться с другим даже малым. У Кэтрин не было ни малейшего сомнения в том, что ее мать хотела бы, чтобы правда о случившемся в Мемориале стала известна.

Кэтрин Нельсон предложила изложить все письменно – все, что она помнила, начиная с того момента, когда на Новый Орлеан обрушился ураган, и до той минуты, когда в четверг, 1 сентября, ее заставили покинуть седьмой этаж больницы, – и передать свои записи следователям. «Я очень благодарна вам за то, что вы делаете, – сказала она. – Думаю, это очень важно».

Шафер сочувствовал Кэтрин Нельсон – даже несмотря на то, что ее мать в любом случае не прожила бы долго. За несколько недель до этого, произнося речь на похоронах собственной дочери, он, глядя на гроб, сказал, что отдал бы все, что у него есть или когда-нибудь будет, даже свою жизнь, ради того, чтобы хотя бы еще пять минут провести с ней.

Разумеется, Шафер не имел права позволять своему личному горю влиять на расследование. Но ощущение душевной боли не отпускало его, как бы он ни старался заполнить свое время и загрузить свой мозг работой. Он хорошо понимал, какую утрату понесла Кэтрин Нельсон: то, что случилось с ней, очень напоминало ему происшедшее с ним. Общаясь с Кэтрин, он словно бы пережил все еще раз. Он всегда сильно переживал, беседуя с людьми, потерявшими кого-то из близких. Смерть напоминала нож, всегда занесенный и в любой момент готовый нанести новую рану.