Преданность Тиля своей профессии была просто удивительной. Он вернулся к работе и вскоре уже осматривал пациентов, проходящих курс химиотерапии, как еще недавно и он сам. Позже он узнал, что присяжные расспрашивали о нем одну из медсестер, вызванных для дачи свидетельских показаний. Ему удалось выяснить, что она всего лишь подтвердила, что знала его лично, а также охарактеризовала его как хорошего врача. Другими словами, она не сказала ничего такого, что привлекло бы к нему внимание.

Адвокат Тиля запретил ему общаться с Анной Поу, Шери Ландри и Лори Будо – из опасений, что их могут обвинить в сговоре. Тиль очень сочувствовал Поу и испытывал глубокое чувство вины из-за того, что в то время, когда жюри присяжных решало ее судьбу, ничем не мог ей помочь. Именно поэтому он был рад, что смог поучаствовать в митинге в ее поддержку.

* * *

Доктор Хорас Бальц был возмущен активностью тех, кого он называл «лоббистами эвтаназии». По его мнению, заявление членов движения в поддержку Поу о том, что признание ее виновной приведет к бегству медиков из штата Луизиана, было своего рода угрозой. Врачи и медсестры словно бы намекали, что, если исход дела окажется не таким, какого они добивались, они бросят своих больных и уедут. Их поведение казалось Бальцу неразумным и недопустимым. Он не понимал, как его коллеги могут, фигурально выражаясь, приставлять к виску общества пистолет со словами: «Делайте то, что мы говорим, выполняйте наши условия!» Ему никогда не приходилось сталкиваться с настолько истеричной реакцией на обвинения, пусть даже весьма серьезные.

Анна Поу на митинге не появилась, но словно бы незримо присутствовала среди собравшихся. Хотя друзья Поу рассуждали о том, что случившееся «серьезно повлияло» на брак Анны, ее муж, Винс Панепинто, тоже пришел в городской парк, чтобы поддержать супругу – как ранее на мероприятие по сбору средств в Хьюстоне. Он стоял в толпе с видеокамерой в руках. Анна Поу обратилась к участникам митинга через своего брата Майкла. Он зачитал заявление сестры, в котором была приведена цитата из пророка Исайи: «Ибо Я Господь, Бог твой; держу тебя за правую руку твою, говорю тебе: «Не бойся, Я помогаю тебе»… именно это сделал для меня Господь».

Анна Поу не присутствовала на митинге, потому что у нее были назначены две сложные операции, которые продолжались с утра и до полудня следующего дня. Ей даже пришлось приехать в больницу ночью, поскольку у одного из прооперированных пациентов возникло осложнение.

Поу не оставляли мысли и о другом ее больном – Джеймсе О’Брайанте. В течение предыдущей недели она несколько раз разговаривала с Брендой. Та рассказала, что ее муж почти перестал есть и ослаб настолько, что с трудом передвигал ноги. К тому же у него возникли проблемы со сном. По словам Бренды, сестра хосписа считала, что Джеймсу осталось жить всего несколько дней.