Я даже не попытался ее вернуть. Не имело смысла. У меня не было выхода. Пусть убираются ко всем чертям и Эма, и Стефанов, и все… Друзья!

При обходе караула мне стало странно весело. Говорил солдатам плоские шуточки, какие знал, но у них они не вызывали улыбок. Бойцы, кажется, понимали, что мне не до смеха, и многозначительно молчали.

Принял дежурство, пожелал сменившимся с наряда коллегам приятной встречи Нового года, и время потекло мучительно долго. Курил одну сигарету за другой. Мир встречал Новый год, а я не мог себе найти места. Ни музыка, ни праздничный шум на улицах меня не успокаивали. Представил себе, как Стефанов в последний момент позвонил в часть и сообщил, что ему необходимо везти жену в больницу. У меня не было оснований сердиться на него, но он мог отказаться от своего прежнего решения значительно раньше. Тогда события развивались бы совсем иначе.

А Эма? Она, естественно, танцует с бородачом, кокетничает и не думает обо мне. Потом попросит его проводить до дому или останется у него. К черту и ее и его!

Направляюсь к складам. Долго проверяем с начальником караула посты. С такой тщательностью никогда раньше не проверял. Каждый предупредительный оклик часового возбуждал во мне подозрительность. Когда вернулся в помещение, меня снова охватили мысли о тех четверых: Стефанове и его жене, Эме и адвокатике. Строил планы отмщения, но тут же отказывался от них.

Незадолго до наступления Нового года в дежурку неожиданно нагрянул Стефанов. Словно мои мысли о нем привели его сюда. Лицо его раскраснелось от мороза, в глазах полыхало счастье.

— Все отлично, брат мой! Все кончилось прекрасно!.. А ты чего надулся? А ну снимай снаряжение и пистолет!

Не пошевелив ни одним мускулом и даже не взглянув на него, приказываю:

— Немедленно покинуть военный городок! Или я вас арестую и отправлю в военную комендатуру!

— Да ты что, Кирчо! Неужели ты не знаешь?

Все так же невозмутимо снимаю телефонную трубку и начинаю крутить ручку:

— Алло! Начальник караула! Срочно направь в комнату дежурного двух вооруженных бойцов!

Стефанов с недоумением посмотрел на меня, а потом сел на кушетку и раздраженно сказал:

— Ты думаешь, я пьяный? И злишься. Потом сам поймешь, что не мог я поступить иначе. Нужно было срочно отправить жену в родильный дом!

Я молчал. Он со злостью хлопнул дверью и удалился. Теперь я мог быть доволен. Отправил бойцов в караульное помещение и нервно начал ходить по комнате. С нетерпением ждал своего помощника, чтобы снова отправиться на проверку постов — так лучше всего успокаивались мои нервы. Послышались быстрые шаги, и снова появился лейтенант Стефанов.