К концу 1982 г. решение было найдено. Западные страны пришли к согласию, что «благоразумным» следует считать уровень зависимости от Советского Союза 25 %, что было намного выше реальной доли советского газа на европейском рынке, даже с учетом нового трубопровода. Также был принят во внимание тот факт, что в скором времени на европейский рынок хлынут поставки газа из нового крупного источника, месторождения Troll в Норвегии.
Трубопровод из Уренгоя был построен, и за следующее десятилетие поток советского газа в Европу вырос более чем в два раза. Даже когда Советский Союз прекратил существование, газ продолжал течь. В 1990-е гг. выручка от газового экспорта была одним из главных источников дохода для правительства Бориса Ельцина, которое изо всех сил боролось за выживание в эти трудные годы.
Рождение «Газпрома»
На обломках Советского Союза, а точнее сказать — Министерства газовой промышленности СССР, родилась новая российская газовая компания: «Газпром». В последующие годы часть этой компании перешла в собственность частных акционеров не только в России, но и по всему миру, и ее акции стали для инвесторов и управляющих фондами одним из индикаторов состояния российского фондового рынка и российской экономики в целом[327].
«Газпром» по-прежнему примерно на 50 % принадлежит государству, с которым он имеет тесные связи и которому платит налоги, в совокупности формирующие примерно 5 % доходов федерального бюджета. Во время встреч с западными бизнесменами президент Владимир Путин не раз демонстрировал глубокий интерес и детальное знание газового бизнеса. На сегодняшний день компания добывает более 80 % российского газа. За «Газпромом» также закреплена монополия на транспортировку газа в пределах России и на экспорт газа за рубеж. Таким образом, он играет роль связующего звена между Россией и мировым газовым рынком. Сохраняя свое доминирующее положение дома, «Газпром» идет по пути превращения в глобальную диверсифицированную энергетическую компанию. Отправной точкой стало создание в 1993 г. совместной маркетинговой фирмы с крупнейшей немецкой энергетической компанией Wintershall.
К 2005 г. поставки газа в Европу, казалось, достигли политического равновесия. Европейское производство составляло 39 %; Россия поставляла 26 %; Норвегия — 16 %; Алжир — 10 %; и еще почти 10 % приходились на другие источники, главным образом, на СПГ. Но затем система, которая лежала в основе европейского газового рынка, начала разрушаться — многие предпосылки, на которых она держалась, стали исчезать одна за другой, порождая новые источники напряженности и конфликты.