Но порой и власти пытались организовать в отношении некоторых партизанских вождей откровенно криминальные мероприятия. Так, видный бийский большевик и бывший командир партизанского отряда, ставший начальником Бийской уездной ЧК, – латыш Н. Б. Путекле – получил летом 1920 года от председателя Алтайской губЧК и своего соплеменника Х. П. Щербака приказ тайно убить бывшего комдива И. Я. Третьяка (работавшего с июня того же года членом Бийского укома РКП(б) и уездного исполкома) как якобы заговорщика[2638]. Сделать это Путекле не сумел из‐за отказа исполнителей[2639] (в 1921 году Третьяк, не забывший ни о данном эпизоде, ни о своем кратковременном аресте, угрожал властям отказом от членства в партии и уходом в горы)[2640]. Николая Путекле, провалившего «акцию» и плакавшегося главе Алтгубревкома: «Будучи выдвинут партией на роль карателя-палача, я грубел, терялись человеческие чувства; пробыв на этом посту два года, начал пить», ненадолго посадили за «пьянство и должностные преступления»; но уже в мае 1921 года он всплыл на нерядовой должности в Омской губЧК, а впоследствии подвизался в угрозыске и прокуратуре[2641].

Аналогичный чекистский провал из‐за нелояльности исполнителей случился весной 1921 года в ДВР. Военком и врид начальника партизанской Забайкальской кавдивизии, коммунист с 1917 года Е. В. Поздняков 1 апреля телеграфировал в штаб главкома НРА: «У меня есть официальные документы от сотрудников Г. П. О. об убийстве меня тчк Сотрудники Г. П. О. подтверждают[,] что было поручено убить меня некоторым сотрудникам Г. П. О.[, но] последние не исполнили, а признались мне тчк Мною не принимается никаких мер, прошу срочной высылки комиссии для разбора указанного»[2642]. Власти предпочли переместить военачальника: в сводке Госполитохраны от 23 мая 1921 года отмечалось, что после ухода военкомдива Позднякова штаб дивизии работает в контакте с ГПО и отношения чекистов «с дивизией начинают меняться к лучшему»[2643].

На Дальнем Востоке партизанщина укоренилась гораздо сильнее, чем в Сибири, – там почти весь правящий слой был из повстанцев. Роль местных партизан оценивалась в ранней советской историографии очень высоко: «6 апреля 1920 года усилиями партизан создается Дальневосточная республика, которая как компромисс („буфер“) считалась буржуазно-демократической республикой, но фактически находилась под гегемонией пролетариата и под руководством компартии»[2644]. Но партизанщина принесла такую тотальную коррумпированность, которая просто взрывала какой-либо государственный и общественный порядок.