Хотя военный коммунизм не вызывал одобрения у большинства партизан, тот факт, что беднейшая часть крестьянства получила возможность сравнительно сносно существовать за счет перераспределения урожая, собранного зажиточными соседями, вполне устраивал многочисленных деревенских люмпенов. Большевики в своей агитации не скупились на обещания райской жизни, некоторые хозяйства, разоренные белыми, получили помощь, бедноту усиленно вовлекали в общественную работу и выдвигали в ряды местной власти, на самосуды в отношении «гадов» чаще всего закрывали глаза – в результате приток сельских низов и части среднего крестьянства в ряды правящей партии оказался стремительным. В Алтайской губернии к августу 1920 года имелось около 23 тыс. коммунистов (с кандидатами), до 75% которых являлись бывшими партизанами. В целом по Сибири в том году крестьяне, в основном из числа партизан, составляли порядка 70% членов партии и сочувствующих[2630].

Особенно выделяется процент бывших партизан в самой многочисленной правоохранительной структуре – милиции. В том же 1920 году партизаны составили не менее трети работников милиции Сибири, но в партизанских районах доля бывших боевиков в милицейских рядах превышала половину. Так, в октябре начальник милиции Горно-Алтайского уезда докладывал, что «весь состав милиции положительно состоит из бывших партизан»[2631]. Несмотря на огромный отсев, партизаны и через несколько лет занимали ответственные должности в правоохранительной системе. Например, Новониколаевскую губмилицию с ноября 1922 года возглавлял П. П. Бивейнис, бывший командир 1‐го батальона 7‐го полка «Красных орлов»[2632]. На Дальнем Востоке крупные партизанские вожди тоже находились во главе губернских и уездных милицейских структур и после 1922–1923 годов.

Видных партизан, особенно из числа большевиков, активно переводили на государственную и партийную работу. Председатель партизанского Облакома П. К. Голиков превратился в уполномоченного походного Сибревкома, затем возглавил Томскую губЧК по борьбе с тифом, а позднее оказался на должности председателя Ачинского уездного исполкома. В. Г. Яковенко стал председателем Канского уездного ревкома, собрав там ряд своих соратников, а С. К. Сургуладзе возглавил Минусинский уревком[2633]. Многие партизанские командиры сразу или почти сразу получили ответственные должности в милиции и органах ВЧК, окружая себя соратниками по недавним боям и походам. Предоставление партизанам руководящих постов в правоохранительных структурах было общей тенденцией для всей страны. Так, занявший в 1919 году со своим отрядом Винницу К. П. Борисов был назначен там начальником гормилиции, а его «партизаны остались конным милицейским отрядом»[2634].