«Но я-то хотел помочь Вере! А вышло, что узнал то, чего не следовало бы знать. Эх!.. — В сердцах пролил он кофе на стол. — Вот теперь мучайся. Оставить все, как есть, не могу, но и правду ведь узнать не представляется возможным. А что она мне там говорила?.. При встрече с Терпуговым намекнуть ему, что кто-то из конкурентов заказал Валентину, а затем, увидев, что он почти вышел на след, заказал Милену, чтобы подозрение пало на Олега Пшеничного. Так… Что ж… Встречу и скажу. А далее посмотрю по обстоятельствам. Надо постараться выяснить, насколько удастся, что у Терпугова есть на Астрову, и, кстати, придумать предлог для встречи с ним».

Остановившись на этом решении, Фролов отправился в издательство. После обеда он отобрал несколько разработанных им макетов обложек и пошел к Вежиной.

— Вот, посмотрите! Думаю, из этого можно выбрать, — едва войдя в кабинет, продемонстрировал он макеты.

Ксения устремила на них придирчивый взгляд, а рукой показала: «Садитесь».

Сергей разложил макеты на столе. Из пяти она выбрала два, потом один, именно тот, на который и делал ставку сам Фролов.

— Отлично! По-моему, отлично! — воскликнула Ксения. — А вы молодец! — слегка опустив голову и поднимая глаза поверх очков, проговорила она. — Это новый взгляд на оформление книги. Надо принять меры безопасности. Конкуренты не дремлют. Эти макеты я оставлю у себя в сейфе. Завтра придет Олег, и мы посоветуемся. Думаю, он одобрит.

Сергею было приятно видеть нескрываемое удивление главного редактора издательства. Он с интересом смотрел на Ксению, а она — на него.

«Такая молодая, но отлично знает свое дело», — думал Фролов.

«Надо же! Он, оказывается, действительно талантливый дизайнер, а я думала, очередной протеже», — в свою очередь отметила Ксения и предложила выпить кофе. Сергей согласился.

От Вежиной он вышел в отличном настроении. Работать с редактором, к которому испытываешь симпатию и чувствуешь взаимный отклик, — это простор для творчества.

* * *

Рабочий день окончился, а предлога для встречи с подполковником Терпуговым Фролов не придумал. Но едва он представил себе, с какими мыслями останется один на один, когда вернется домой, его обуяло злостное нетерпение все выяснить. Вера на звонки не отвечала, чем довела Сергея до точки кипения.

Сам того не замечая, злясь, толкаясь, он вышел из метро и направился в сторону Петровки и вдруг остановился, изумленно глядя на подполковника Терпугова, шедшего ему навстречу.

— Что это ты забрел на Петровку? — спросил Борис Григорьевич.

— Иду сдаваться! — съязвил Фролов.