Итак, в дискурсивном каноне Главсевморпути коренные жители выступали как товарищи-технократы, без которых было невозможно освоить Арктику и СМП, а отношения между СМП и ними – как союз «советского белого человека» и «нового человека-национала» (Державин, 1936: 59), тяготеющего к культуре и технике. Такое воображение было закреплено в Положении о Главсевморпути, утвержденном постановлением СНК СССР от 22 июня 1936 г. Помимо освоения СМП и развития производительных сил, основной задачей Главсевморпути объявлялось: «содействие хозяйственному и культурному подъему коренного населения Крайнего Севера и привлечение этого населения к активному участию в социалистическом строительстве» (Положение… 1936: 27). Союз с коренными народами означал, как писал Бергавинов, что Арктика завоевана:

«Освоение Северного морского пути является мощным фактором подъема культуры и быта северных народностей. В этом состоит и совершенно новое, мыслимое только при советах, значение северных морей, для которых материк является своеобразным „тылом“» (Бергавинов, 1937а: 23).

«ИНДИГЕННЫЙ» СЕВЕРНЫЙ МОРСКОЙ ПУТЬ

«ИНДИГЕННЫЙ» СЕВЕРНЫЙ МОРСКОЙ ПУТЬ

В период большого террора этот «дискурсивный союз» работников ГУСМП и коренных жителей использовался для обвинительной риторики. Так случилось, что Большой террор совпал с провалом арктической навигации 1937 г., когда 25 судов не смогли пройти до портов назначения и вынуждены были зазимовать во льдах (см. главу Вахтина). На страницах «Советской Арктики» полярников резко критиковали за отступление от сталинского канона (Vakhtin, 2019: 61, 63–64), за то, что они не занимались хозяйственным освоением материка, не работали с коренным населением Севера, не подготавливали национальные кадры или вообще пытались вызвать недовольство местных народов (Серкин, 1937: 3; Бочачер, 1937: 41; В Главном управлении… 1937: 102; Шмидт, 1937: 13–14; Портной, 1938: 18; Граник, 1938: 60: Решительно… 1938: 24; Богорад, 1938: 120).

Одним из первых критике подвергся главный ответственный за национальную политику Главсевморпути В. Б. Лавров, бывший начальник Комсеверпути, который в мае 1937 г. в Московском Доме ученых высказал сомнение в «эффективности» и «хозяйственной целесообразности» сквозного Северного морского пути, признал, что во второй пятилетке СМП так и не был освоен, и рассказал, что работу культбаз Главсевморпути местное население воспринимает как «повинность», а сеть культурно-бытовых учреждений неэффективна (Жданова, 1937: 9). Критиковали и А. Е. Скачко, который «не меньше, чем Лавров, блудил по национальному вопросу в отношении народов Востока» (там же).