«Северный морской путь дает надежный и массовый транспорт для всех северных народностей. <…> Северный морской путь оживляет все реки. Я не говорю о таких реках, как Обь, Енисей, это особое дело, но Северный морской путь оживляет такие реки, как Хатанга, Оленек и Индигирка. Мы даем туда сейчас все, что может дать промышленность, чтобы развить речной транспорт и доказать возможность освоить все глубинные пункты»
Шмидту всегда вторил начальник политуправления Главсевморпути, влиятельный идеолог-большевик С. А. Бергавинов: «Если не решающую, то во всяком случае огромнейшую роль в развитии хозяйства Крайнего Севера, культуры и быта его народностей играл и играет Северный морской путь» (Бергавинов, 1937а: 25).
Если не решающую, то во всяком случае огромнейшую роль в развитии хозяйства Крайнего Севера, культуры и быта его народностей играл и играет Северный морской путь
Национальная политика технократов ГУСМП строилась теперь не на идеологеме культурной революции, а на хозяйственном подходе165. На совещании 13 октября 1935 г. по итогам поездки на Север Шмидт говорил:
«Весь подход до сих пор бывший в Комитете народностей Севера ЦИК был креном в культуру. Развивать культуру нужно, но культура в отрыве от хозяйства не дала тех результатов, которые должна была дать. Нашей хозяйственной помощи населению нет. Не изжито такое отношение, что кочующие народы не годятся для нашего организованного труда» 166.
«Весь подход до сих пор бывший в Комитете народностей Севера ЦИК был креном в культуру. Развивать культуру нужно, но культура в отрыве от хозяйства не дала тех результатов, которые должна была дать. Нашей хозяйственной помощи населению нет. Не изжито такое отношение, что кочующие народы не годятся для нашего организованного труда»
Созданное Управление развития хозяйства и культуры народов Севера при Главсевморпути было не просто «благотворительно-культуртрегерской организацией»: оно было призвано стать политическим органом, деятельность которого должен был почувствовать каждый коренной житель (На ступень выше, 1935: 5). Работа среди коренного населения становилась одной из основных задач не только сформированных политотделов ГУСМП, но и всех его сотрудников (Бергавинов, 1935: 18–19; Серкин, 1936: 20; Табалев, 1936: 12). Обращаясь к работникам Главсевморпути, Шмидт так охарактеризовал этот новый подход:
«Уменье подойти так, чтобы помочь населению стать на ноги и одновременно поднять их политически, вытеснить остатки кулачества, шаманов. Это задача трудная, и нечего думать, что это задача только политотделов. Нет, эту задачу должен выполнять каждый работник на месте, заведующий факторией в первую очередь, метеоролог, радист – где бы то ни было, вы все должны свой персонал выучить советскому подходу к населению, уважению к населению. Уважение должно быть не слюнтяйского характера – ах, какие симпатичные, какие у них сказки старинные. Не это наш подход. Подход должен быть такой, что это наши товарищи, которые сумели удержаться в самой суровой в мире природе и под гнетом царского правительства. Это люди достойные, им нужно протянуть руку, помочь хозяйственно организоваться» (Шмидт, 1936а: 42).