– Что будем обсуждать?

– Честное слово, тебе понравится.

Я киваю. Как же бесит сидящая внутри меня пятилетка, и как же она сейчас перепугалась. Ну типа я догадываюсь, что мама не будет меня здесь бросать второй раз, но страх засел где-то глубоко и сидит, как будто проник куда-то на клеточный уровень.

Джей смотрит на дом, постукивая пальцами по рулю.

– Каждый раз, когда я здесь паркуюсь, вспоминаю, как привезла вас сюда. В ушах до сих пор отдается, как ты меня зовешь.

Я не знала.

– Правда?

– Да, – тихо говорит она. – Это был худший день в моей жизни. Даже хуже дня, когда убили твоего папу. Я не могла сохранить ему жизнь. От меня ничего не зависело. Но я сама приняла решение подсесть на наркотики. Сама решила отвезти вас сюда. Я знала, что, едва выехав со двора, я бесповоротно что-то потеряю. Прекрасно знала. И все равно поступила так, как поступила.

Что я могу ответить?

Джей глубоко вздыхает.

– Я уже миллион раз это говорила, но прости меня. Я всегда буду жалеть, что тебе пришлось это пережить. Прости, что это до сих пор снится тебе в кошмарах.

– Откуда?..

– Бри, ты говоришь во сне. Я поэтому всегда к тебе заглядываю.

Клянусь, эту тайну я собиралась унести с собой в могилу. Ей незачем было знать, что я вообще помню тот день. Я смаргиваю слезы.

– Я не хотела, чтобы ты узнала…

– Только не извиняйся. – Она приподнимает мой подбородок. – Я все понимаю. Понимаю, как тебе сложно поверить, что я снова не сяду на наркотики. Ничего. Главное, никогда не забывай: я каждый день борюсь за то, чтобы быть рядом.

Я знала, что бороться с зависимостью ей приходится каждый день. Но никогда не думала, что она борется ради меня.

Какое-то время мы сидим молча. Мама гладит меня по щеке.

– Я тебя люблю, – говорит она.

Я многого не знаю и могу никогда не узнать. Например, почему сначала она выбрала не нас с Треем, а наркотики. Утихнет ли во мне когда-нибудь страх пятилетней Бри. Будет ли Джей чиста всю жизнь. Но я точно знаю, что она меня любит.