Мы рождаемся один раз, а дважды родиться нельзя, но мы должны уже целую вечность не быть. Ты же, не будучи властен над завтрашнем днем, откладываешь радость; а жизнь гибнет в откладывании, и каждый из нас умирает, не имея досуга
Как видим, будучи материалистом, Эпикур полностью отвергает идею о возможной вечной жизни и призывает не откладывать радости на потом. Признание смертности души, общее для всех атомистов, явилось центральным антропологическим основанием этики эпикуреизма.
Эти утверждения дали основание некоторым называть этику Эпикура гедонизмом (с греч. hedone – наслаждение), а его самого – апологетом разврата, чревоугодия и прочих удовольствий. Однако уже сам Эпикур, столкнувшись с таким превратным пониманием своей теории, старался всячески его опровергнуть; Эпикурово понимание удовольствия несравненно шире. Наслаждение он ассоциировал прежде всего с состоянием внутреннего покоя, независимости, безмятежности, атараксии (с греч. ataraxia – невозмутимость). В этом – высший и конечный смысл человеческого бытия, подлинное счастье. Что касается физического наслаждения, то по своей природе оно не является злом. Другое дело, что порочными могут быть пути, ведущие к нему: Никакое наслаждение само по себе не есть зло; но средства достижения наслаждений доставляют куда больше хлопот, чем наслаждения[148].
гедонизмом
гедонизмом
hedone
ataraxia
Никакое наслаждение само по себе не есть зло; но средства достижения наслаждений доставляют куда больше хлопот, чем наслаждения
Подобно Демокриту и Сократу Эпикур учил тому, что далеко не каждое удовольствие ведет к счастью. Напротив, многие из них влекут за собой страдания, и здесь уже человек должен быть чрезвычайно «благоразумным», чтобы определить последствия своих развлечений, причем физические наслаждения часто влекут за собой душевные страдания, превосходящие по своей глубине и продолжительности боли телесные: Душевная боль тяжелее телесной, потому что тело мучается лишь бурями настоящего, а душа – и прошлого, и настоящего, и будущего. Точно так же и наслаждение душевное больше, чем телесное[149].
Душевная боль тяжелее телесной, потому что тело мучается лишь бурями настоящего, а душа – и прошлого, и настоящего, и будущего. Точно так же и наслаждение душевное больше, чем телесное
Эпикур – мастер диалектики удовольствия и страдания. Он учит тому, что совершая тот или иной поступок, мы должны для себя решить – каковыми будут его последствия? Будем ли мы страдать в результате совершенного поступка? Насколько сильно? И стоит ли поступок страдания? «Лучше вытерпеть… некоторые страдания, чтобы насладиться большими удовольствиями; полезно воздержаться от… некоторых удовольствий, чтобы не терпеть более тяжких страданий!»[150]