Этот сюжет страницы из истории философии, когда умирала и рождалась новая культура, ярко показывает, что религиозное сознание является фанатичным, нетерпимым, реакционным и опасным. Впоследствии, победив античный мир, христианская мораль буквально устроило пир на его костях, сжигая книги античных авторов, круша античные скульптуры.

Современником Гипатии и схолархом александрийской школы был Гиерокл. В его учении наряду с моментами «традиционного» неоплатонизма присутствуют моменты, характерные для пост-Ямвлиховского периода. В частности, учение о сотворении души и эфирного тела человека верховным демиургом, по подобию которого внутримировые боги создали человека земного и т. д.

Гиерокл создал также учение об иерархии душ. Она начинается с «надлунных областей», где мыслятся души высшие по своей разумности, продолжается воздушными душами «верхней подлунной области» и заканчивается низшими, чисто земными душами. «Световое тело» души занимает среднее положение между чисто раз́умнои ̆и вегетативной душами; оно управляет всей жизнью души и есть даже собственно ее жизнь. Это световое тело есть тело эфирное и обладает активно организующей силой; оно создано самим демиургом и вложено в человека изначально, так что является для него врожденным, в отличие от пневматического тела, которое человеку не врожденно, но приобретено извне.

Пневматическое тело также является для человека врожденным, как и световое (в противоположность главным образом Порфирию, у которого пневма образуется у души еще на небе в момент падения души на землю, причем постепенно «затемняется, тяжелеет, увлажняется от соприкосновения с материальными стихиями, доходит до земли и путешествует [там]»). Отсюда световое и пневматическое тела «сближены», то есть световое тело также нуждается в очищении вместе с человеческой душой.

Промысел и судьба не отнимают у человека свободы выбора и воли (что, впрочем, ведет его к худшему состоянию, чем первоначальное). Промысел (πρόνοια, намерение, попечение, провидение) – это, вообще говоря, вся ноуменальная область, которая, с одной стороны, у неоплатоников трактуется в своей устремленности к еще более высокой ипостаси и, с другой стороны, в своей устремленности к низшим сферам – к космической душе, к самому космосу и к материи. Этот докосмический Ум определяет собой все роды существования, предоставляя свободу выбора тому, что подчинено этим родам. От промысла отличается судьба, которая является только карающей за отступления от указаний промысла. Эта судьба имеет своей функцией справедливое восстановление нарушенной истины. Судьба не есть просто природа и не есть просто принудительность. Она не уничтожает свободы человека, а, наоборот, предполагает ее у человека и следит только за нарушением свободного, но плохо употребленного выбора. В этом смысле судьба есть «воля божья» и «закон божий». Этот закон не приказывает и не принуждает, а требует свободы выбора в подчинении или в неподчинении закону. Судьба проявляется также и в действиях демонов, поскольку демоны помогают осуществлять волю божью и разоблачать ее нарушение. Свобода выбора есть внутреннее дело человека, но она небезгранична. Ей не подчиняется объективное становление вещей, но зато в своем внутреннем выборе [того или иного поведения] человеческая душа зависит только от себя самой.