Прождала еще полчаса, а потом оказалось, что автобус, на который я в итоге села, держал путь не в Гило, а в обратную сторону, то есть в религиозный район Ар-Ноф. Это я поняла, когда в автобус все чаще стали заходить бородатые мужчины в шляпах и пиджаках, женщины в париках и кучи детей в одинаковых одеждах и с колготками, а колготок, кроме как религиозные дети, в Израиле никто не носил.

Так произошло потому, что я ждала автобус на противоположной стороне улицы имени короля Георга и вместо того, чтобы ехать на юг, поехала на север. Пришлось менять автобус в третий раз.

Автобус проехал улицу, которая когда-то была дорогой, ведущей в Вифлеем, и улицу, ведущую в город Хеврон, и все эти библейские названия сладко перекатывались на моем языке, тем более что сами улицы выглядели очень живописно и дома на них были старинными, времен британского ига и турецкого, – двухэтажные такие арабские дома из добротного белого камня, с колонками, с портиками и даже с круглыми башенками. И все утопало в зелени, потому что после Пурима наступила весна, розово цвел миндаль, и я отвлеклась и совсем забыла про Натана и про Алену.

Потом мы проезжали непривлекательную промзону с уродливыми приземистыми служебными постройками, мебельными магазинами, складами, сараями и гаражами, пораспиханными без всякой видимости планировки.

Там автобус застрял в пробке. Все машины стояли и бибикали, а водители вылезали головами и руками из окон, орали друг на друга, показывали средний палец, возмущались и божились, что за рулем машины, из-за которой все стоят, однозначно женщина, да к тому же “зона”. Кое-кто даже выскочил из автомобиля и побежал орать на белую “субару”, которая никак не могла припарковаться и поэтому перекрыла узкую улицу. Потом еще кто-то покинул руль, и еще кто-то, и три человека вразнобой, размахивая руками и хватаясь за головы, пытались руководить водительницей, чтобы она крутанула влево, а потом вправо, а потом дала назад. А дальше выяснилось, что за рулем была не женщина, а робкий русский дяденька в очках.

И тогда все стали кричать, что русским дают бесплатные машины и лучше бы не давали, потому что они не умеют водить и отбирают у израильтян рабочие места, а налоги растут, и бензин дорожает, курс доллара так вообще выше крыши, и скоро опять начнется война, и все из-за этих понаехавших. А русский дяденька что-то мямлил, извинялся и казался испуганным. Его потом похлопали по плечу, дали попить много-воды, вытащили из-за руля, сели вместо него за руль и припарковали ему “субару”. Пробка рассосалась, и мы двинулись дальше.