— Помож собе, угощайтесь, пане генерале. Биндер ест чист як слза!

Генерал довольно крякнул и налил полный стакан. Молодым махнул рукой, мол, свободны.

Появления Федора в латах и шлеме все приветствовали аплодисментами. Вместо алебарды он держал в руках огромный колун. Ну, прямо рыцарь из легенд! Посыпались шутки. Офицеры ощупывали броню лат, открывали и закрывали забрало. Музыканты по этому случаю заиграли что — то старинное. Княгиня воскликнула:

— Это же гавот. Я уже его и забыла. Павел, вспомним! И подхватила полковника под руку. Они вспомнили, танцевали со всеми необходимыми фигурами, медленными шагами, остановками, церемонными поклонами.

Потом был полонез, и опять вальс.

Федор стоял у дверей, как средневековый страж, широко расставив ноги и скрестив на груди топор.

В перерыве княгиня села в кресло, полковник склонился над ней, продолжая разговор. Остальные гости, кто был в зале стояли парами и небольшими группами вдоль стен. Разговаривали, шутили.

Неожиданно обе створки дверей, где стоял Федор, с треском распахнулись. Одной створкой из рук рыцаря даже выбило топор. В дверях шатаясь и выкрикивая неразборчивые слова, появился генерал.

— Казака не уважать…

— Я вам не быдло…

— Недобитки. Мало я вас порубал…

— Вот Вам!

В руке у него плясал старый наган. Всё произошло в секунды. Полковник резко распрямился и шагнул, заслонив собой княгиню. У Федора не было и секунды на раздумья. И он сделал единственное, что мог в этой ситуации — крепко приложил генерала по голове сжатой в кулак рукой в бронированной перчатке. Этого оказалось достаточно. Какой бы крепкой ни была казацкая голова, но ей хватило. Генерал с поворотом начал валиться на бок и на спину. И всё же палец нажал на спуск, когда генерал грохнулся об пол. Грянул выстрел. Рыцарь согнулся вперед и с грохотом ничком упал рядом с генералом.

Военные люди не теряются в таких ситуациях. Сначала подхватили на руки Федора, положили на диван. Увидев дыру в броне в нижней левой половине груди, послали за доктором. Начали снимать доспехи, из — под которых уже показалась тонкая струйка крови.

Трубицын подошел к генералу, поднял с полу наган и сунул его в карман. Потом снял с ближайшей портьеры шнур с кистями и связал генералу руки за спиной. Подозвал Гайдамаку.

— Уведи, или унеси генерала в чулан под лестницей. Запри и побудь возле. Когда очнется, меня позови. Отвечаешь!

И повернувшись к залу добавил:

— Вечер закончен. Мужчины проводите дам к выходу и ступайте в расположение. О происшествии забыть!

Все молча разошлись. По тону, которым майор СМЕРШа отдал приказ, было ясно, что лучше забыть.