– Это правда, а если ты не веришь, тебе не стать ничем, кроме топкого болота, и даже для этого понадобится много-много лет. И уж конечно, это не то же самое, что быть рекой.

– А если я не останусь той же рекой, какая я сегодня?

– Ты в любом случае не останешься ею, – послышался ответный шепот. – Твоя сущность унесется прочь и снова образует реку. Даже сегодня ты предполагаешь, кто ты, потому что не знаешь, что в тебе является твоей сущностью.

Все, что слушала река, находило отклик в ее мыслях. Ей смутно вспомнилось состояние, в котором она – или ее некая часть? – покоилась в объятиях ветра. Еще вспомнилось – или нет? – что все это было достижимо, хоть и не очевидно.

И тогда река поднялась в виде пара в приветливые объятия ветра, который ласково и легко поднял ее в небеса и понес за много-много миль, а когда они достигли горных вершин, бережно дал ей опуститься. А река, поскольку все еще сомневалась, сумела точнее запомнить, запечатлеть в своей памяти подробности происходящего. И думала: «Да, теперь я узнала, кто я на самом деле».

Река еще училась, а пески шептали:

– Мы-то знаем, ведь мы видели, как это происходит изо дня в день, а кроме того, мы, пески, простираемся от берега реки до самых гор.

Вот почему говорят, что путь, по которому продолжает движение река Жизни, начертан на Песке[215].