Там, где преобладал другой склад ума – особенно в Средние века, – такие представления об искуплении имели вес, но преобладающая в христианском мире метафора на этот счет заключалась в избавлении от рабства. Рабством, от которого Христос избавил человечество, был грех, а это означает, что нам не остается ничего другого, кроме как заняться этим неприглядным вопросом.

Начнем с замечания о том, что хотя это слово обычно употребляется во множественном числе, указывая на конкретные действия – свод проступков или правил, которые были нарушены, возможно, изложенных в Десяти заповедях, – христиане считают единственное число, «грех», более глубоким: разъединенностью или отчуждением от Бога. Это ошибочная перемена сердца, сдвиг в наших привязанностях. Блаженный Августин, излагая эту мысль в позитивном ключе, говорил: «Люби [Бога] и делай, как знаешь». Когда есть искренняя любовь ко всему, можно сказать, к вселенскому благу, тогда воля стремится к этому благу и не нуждается в правилах. Но чаще дело обстоит обратным образом: заботы о самих себе препятствуют нашей любви к другим. Вместе с тем мы не очень нравимся себе. Сердцем мы тянемся к чему-то большему, выходящему за тесные рамки эго.

Таким образом, рабство, в котором мы пребываем, – это наша привязанность к себе вместе с чувствами вины и страха, которые тянутся за ней. Иначе говоря, наше рабство – итог нашего отчуждения, нашего греха или отделения от полного участия в божественной жизни. Исключенность из этого участия вызывает неприятные ощущения. Павлу первому хватило искренности и честности заметить это, а потом признать: я чувствую себя бедным человеком, сказал он. Как любой пленник. Хорошая сторона в этом плачевном положении идет от беспомощности; по определению такие люди не в состоянии освободиться. И Павел продолжает: «Не то делаю, что хочу, а что ненавижу, то делаю» (Рим 7:15). Он признает, что попал в ловушку, и это осознание вызывает у него отчаянный вопль, который мы уже приводили: «Кто избавит меня от сего тела смерти?» (Рим 7:24). Этот вопль, в какие бы слова он ни был облечен, повторил каждый алкоголик. Если и будет избавление, оно должно прийти извне, или, еще лучше, свыше: от высшей силы. Согласно христианским свидетельствам, сила, которая выполняет избавление и возвращает «я» к основам его бытия, – это Христос. В равной мере можно сказать, что это Бог, но христиане добавляют, что в данном случае намерения Бога осуществил Христос.

Третье ключевое христианское вероучение, которое мы рассмотрим, – о Троице. Согласно ему, Бог абсолютно един, и вместе с тем Бога три. Последние слова этого утверждения побуждают евреев и мусульман задаваться вопросом, в самом ли деле христиане – монотеисты, но христиане в этом уверены. В виде воды, льда и пара Н₂О принимает жидкое, твердое и газообразное состояние, сохраняя свой химический состав.