Главный элемент Евхаристии – воспроизведение Вечери Господней, во время которой, раздавая апостолам хлеб и вино, он говорил: «Сие есть Кровь Моя, за многих изливаемая». Неправильно воспринимать католическую концепцию этого таинства как поминовение, в ходе которого священник и прихожане, воспрянув духом, символически вспоминают пример Христа. Месса обеспечивает действительную передачу духовной энергии от Бога к людским душам. В общем смысле это относится ко всем таинствам, но особенно – в случае мессы. Ибо Католическая Церковь учит, что в гостии и чаше – освященном хлебе и вине, – в самом деле присутствуют человеческое тело и кровь Христа. Его слова «сие есть Тело Мое… сие есть Кровь Моя» они считают однозначно указывающими на это. Следовательно, когда священник произносит слова освящения, изменения, которые они вызывают в этих элементах, не являются единственными имеющими значение. Впоследствии элементы могут не выглядеть изменившимися; анализ не выявит в них химических изменений. Говоря технически, это значит, что их «особенности» остаются прежними, а их «сущность» пресуществилась. Можно сказать, что Евхаристия доставляет благодать Божию, как лодка доставляет своих пассажиров, в то время как другие таинства доставляют благодать, как письмо – содержащийся в нем смысл. Для того чтобы письмо имело смысл, требуется разум в дополнение к бумаге и чернильным меткам на ней; так что и в таинствах, отличных от Евхаристии, могущество Бога необходимо в дополнение к инструментам таинства. Но в случае Мессы духовная пища в буквальном смысле должна быть получена из самих ее элементов. Для духовной жизни христиан так же важно услаждаться ими, как их телам необходимо для жизни получать еду. Откройте рот, дабы принять хлеб жизни, пишет святой Франциск Сальский,
исполненный веры, надежды и милосердия, примите того, в кого, благодаря кому и ради кого вы веруете, надеетесь и любите… Представьте себя пчелой, которая после сбора с цветов райской росы и лучших земных соков, превращает их в мед и несет в свой улей: так и священник, взяв с алтаря Спасителя мира, истинного Сына Божия, который, как роса, спустился с небес, истинного Сына Пресвятой Девы, которая, подобно цветку, выросла из почвы нашего человечества, кладет его как дивное угощение, в ваш рот и тело[241].