После того, как церковь во всей Германии, лишившись своих имений, исключая принадлежащих приходам и другим низшим учреждениям, испытала значительные территориальные изменения, явилась настоятельная потребность в новой церковной организации. Бавария, превратившаяся в правление Максимилиана Иосифа (1799–1825 гг.) и министра Монтгеласа из средневекового в современное государство, вскоре после заключения Люневильского мира начала переговоры о заключении конкордата. Так как, однако, существовала империя, то в Риме предпочли конкордат с последней конкордату с местным правительством. Только после падения империи (1807 г.) Наполеон вынуждал папу к заключению конкордата с Рейнским союзом. При таких обстоятельствах не имели успеха ни возобновившиеся переговоры Баварии, ни предпринятые в этом направлении шаги Вюртемберга (1807 г.). Вследствие этого, не говоря уже о конкордате с империей, не состоялся конкордат и с Рейнским союзом. С пленением папы все это дело на долгие годы вскоре заглохло. При постоянных территориальных изменениях, имевших место после Пресбургского (1806 г.) и Венского (1809 г.) мира, момент для прочного правопорядка был вообще не подходящим.

На Венском конгрессе (1814–1815 гг.), на котором, наконец, были вновь урегулированы политические отношения Европы, кардиналом Консальви и представителями прежних духовных князей было потребовано восстановление прежнего церковного порядка. Старания эти, однако, рушились о силу владения. Подобным образом не увенчалось успехом и предложение Дальберга и его уполномоченного Констанцкого генерального викария барона Вессенберга о заключении конкордата для всей Германии. Единственное, касавшееся церковных вопросов определение конгресса представляет пункт 16 союзного акта. По последнему на всю область Германского союза распространяется гражданское равноправие христианских исповеданий, что в качестве общего правила было установлено уже раньше частью немецкими государствами, частью по собственной инициативе государями, частью, наконец, под давлением Наполеона.

При таких обстоятельствах регулирование церковных отношений было предоставлено усмотрению отдельных государств. Прежде всего на путь переговоров ступила Бавария. Конкордат 1817 г. обеспечил за католической церковью во всем королевстве сохранение всех покоящихся на божественном или каноническом установлении прав и преимуществ (art. I). Страна подразделяется на две церковные провинции, при чем на правах суфраганов подчиняются архиепископству Мюнхен-Фрейзингскому епископства: Аугсбург, Регенсбург и Пассау, а архиепископству Бамбергскому — епископства: Вюрцбург, Эйхштат и Шпейер (II). Королю Максу Иосифу I и его католическим преемникам принадлежит при замещении епископских кафедр номинация, а папскому престолу — каноническая институция (IX), причем епископам гарантируется свободное управление их диоцезами в духовных делах (XII). Дабы обеспечить верховные права государства и успокоить протестантов, видевших угрозу своим правам в пункте 1, опубликование договора последовало в форме дополнения к религиозному эдикту 1818 г., который сам в свою очередь представлял приложение к основным законам. Это не исключало, однако, возникновения дальнейших переговоров. Так как в эдикте в соответствии с новыми политическими обстоятельствами, но вопреки требованиям канонического права, провозглашалась общая свобода совести и шла речь о гражданском и политическом равноправии трех христианских исповеданий (24) и о неизменном к ним уважении, то в Риме всем этим были весьма недовольны, а в Баварии некоторые духовные лица даже прямо отказались присягнуть конституции. Спустя некоторое время, апостольский престол, хотя и с неудовольствием, одобрил действия баварского правительства. Вместе с тем население было успокоено королевским разъяснением на Тегернском озере 1821 г., что конституция не желает стеснения совести, что требуемая присяга относится только к гражданским отношениям, что в данном случае имелся в виду конкордат, как государственный закон, и т. д.