«Пензенские епархиальные ведомости» (№ 20), 1913.

* * *

«…И при защите своих интересов татары нередко заявляют, что их 16 миллионов, хотя в действительности их не более 4–5 миллионов, поскольку они считают другие мусульманские народности за своих, даже «не предполагая, что у других инородцев могут быть другие интересы и запросы». Неудивительно после этого, что татары позволяют себе смотреть на других свысока – «и не на мусульман только, а еще более на язычников и христиан. А эти последние, забитые и униженные, нередко смотрят на татар, как на передовое племя, как на своего рода аристократов, подражают им, перенимают их образ жизни, обычаи и нравы». Говоря о национальной общеобразовательной школе, татары имеют в виду еще более закрепить идеи ислама среди инородческих племен, сплотить их вокруг себя и таким путем действительно создать один «мусульманский народ». Поэтому, предполагаемая национальная школа будет в действительности «вероисповедной мусульманской», мало того, – «вероисповедной татарской». Создать такую школу – значит сыграть на руку одной национальности в ущерб другим, а при осуществлении их мечты о национальной школе – то они положительно будут представлять обособленное государство в государстве».

Я. Д. Коблов. «Мечты татар-магометан о национальной общеобразовательной школе». – Казань, 1908.

* * *

«Из наших инородцев, исповедующих магометанскую веру, самые многочисленные – татары, обитающие преимущественно в Казанской и смежных с нею губерниях. Магометанство составляет здесь большую силу, с которой очень трудно бороться; сильно же магометанство, прежде всего, очень распространенною в магометанском населении грамотностью. В каждой сколько-нибудь значительной деревне татарской непременно есть мечеть и школа, а часто не одна. Школы, как мечети, по большей части построены и поддерживаются усердием частных лиц и особенно магометанских капиталистов. Магометанство, сравнительно с господствующим по закону православием, говорит Н. И. Ильминский, на деле имеет более средств – больше мечетей, больше мулл, больше школ и даже более свободное книгопечатание, потому что Коран и другие мусульманско-вероучительные книги разрешаются, без особенных формальностей на месте, в Казани, тогда как православные священные книги должны подвергаться отдаленной и продолжительной цензуре. Потому состязаться с магометанством очень трудно.