Татары же всегда мечтали быть независимыми от государства в культурной сфере, оставляя как прерогативу государства лишь экономические и политические направления. Они правильно полагали, что национальные культура и традиции формирует у каждого представителя этноса обусловленное этим отношение к миру и служат носителем социального опыта народа, сохраняя при этом его целостность.

Эпоха джадидизма вывела на качественно новый этап самосознания всех слоев татарского общества, а ключевая роль была отведена светской элите. Началось подчеркнуто направленное ознакомление с русской культурой и языком. В нач. XX столетия был выдвинут общероссийский мусульманский проект. Надо сказать, что муфтии не являлись противниками образования, но образование мусульман как направление не входило в круг компетенции ОМДС. Татарская либеральная буржуазия в лице Ш. Марджани, а затем Р. Фахретдина выражали открытое недовольство деятельностью ОМДС и лично муфтия С.-Г. Тевкелева из-за отсутствия каких-либо реформ в области образования и фактического отрицания и поддержки светской школы.

На Всероссийских мусульманских съездах 1906 г. татарская интеллигенция выдвинула проекты единой религиозной и национально-культурной автономии российских мусульман, контуры которой были определены еще в 1788 г. миллетом Оренбургского Духовного Собрания. В итоге была принята программа партии «Иттифак». В разделе о местном земском самоуправлении автономии (махалли мухтэрият) вся территория государства делилась на вилаяты (области), а также территориальные единицы более низкого уровня. Сами мусульмане должны были создать свой религиозный центр и избирать духовенство, администрировать работу мектебов, медресе, мечетей, мест поклонения, благотворительные организации и вакфы.

Проблемы самоопределения и положения нации обсуждались в условиях революционного кризиса 1905–1907 гг., и очень скоро эти процессы в среде российских мусульман превратились в политическое движение. Кабинет министров Столыпина ответил крайне негативной реакцией, которая проявилась в массовых, хотя и бескровных репрессиях. Ответом стала значительная радикализация национального движения, породившая в свою очередь республиканский проект, а целью стала идея единой мусульманской нации Волго-Уральского региона – проект «Идель-Урал», обладающей территориальной автономией.

Дальнейшие события были, как известно, обусловлены развалом страны.

Контуры первого проекта (религиозной автономии во главе с Раис аль-Улама) были заложены еще в петициях мусульманских депутатов Волго-Уральского региона в упомянутой нами Уложенной комиссии в 1767–1768 гг. и которые были в целом реализованы в едином ОМДС, закрепленного в постановлениях III Всероссийского мусульманского съезда 1906 г. Эти варианты самостоятельной автономии, несмотря на кажущиеся одинаковые цели и общий консенсус в вопросе автономии духовнического, управленческого аппарата, в большинстве вопросов крайне противоречили друг другу.