Клятвенное обещание имам-хатыба и ахуна Пензенской соборной мечети Исмаила Шарафеддинова Потиева Императору Николаю II о верности служения (1915 г.) (ГАПО, ф.6, оп. 1, д. 8329)

Неожиданно нагрянувшая Февральская революция 1917 г. внесла национальный вопрос в число приоритетных, а национальная автономия стала программным требованием всего националистического и политического истеблишмента. Если до этого времени автономия рассматривалась как альтернатива территориальному решению национального вопроса, то теперь автономия претендовала на статус государственной формы с полным обеспечением прав национальных меньшинств. Социально-политический курс Временного правительства был направлен на проведение демократических преобразований, был отчасти уничтожен репрессивный аппарат самодержавия: полиция, жандармерия, цензура и т. д. Сразу после революции национальные лидеры взяли под свой контроль ОДМС. Временно исполняющий обязанности муфтия России призвал все духовенство поддержать новую власть. Уже в марте 1917 г. Временное правительство приняло постановление «Об отмене вероисповедных и национальных ограничений». Таким образом, снова чудесным образом открылась широкая дорога для разработки плана и создания национальной государственности. В мае 1917 г. была провозглашена религиозная автономия мусульман округа ОМДС, но в дальнейшем реальное создание единой автономии по целому ряду причин стало фактически не осуществляемой.

II Всероссийский мусульманский съезд июля 1917 г. выдвинул сразу три варианта развития мусульманской общины Волго-Уральского региона – проекты религиозной автономии, которые были бы под контролем светских лидеров и территориальной автономии в составе Российской империи. Проект единой религиозной и национально-культурной автономии (НКА) получил большинство голосов делегатов съезда, в то время как проект татарской автономии, выдвинутый левыми татарскими социалистами, не был поддержан.

В Уфе с ноября 1917 г. по январь 1918 г. прошло заседание Национального Совета, на котором была принята конституция национально-культурной автономии тюрко-татар (мусульман) Внутренней России и Сибири, и было создано Временное национальное правительство во главе с Садри Максуди, с местопребыванием в Уфе. И, надо сказать, именно этот орган в дальнейшем объединит большинство татар и башкир вокруг советской власти. Три его министерства (назарата) состояло из трех могущественных корпораций: собственно ОДМС (Диния назараты), Министерства просвещения (Магариф назараты) и Министерства финансов (Малия назараты), представленное национальной буржуазией и их фондами. Представители общенациональных центров – Казани, Уфы и Оренбурга/Троицка – имелись в каждом из трех министерств. В нем было особо отмечено сохранение Духовного Управления, но «с условием невмешательства в политические дела».