Большинство грекоязычных христианских авторов испытывало определенные сложности в христологической интерпретации событий последней седмины. В еврейском тексте стиха Дан 9, 26 говорится, что וֹל ןיאֵוְ חַישִׁ מָ תרֵכָּיִ – «отторгнут будет Помазанник и нет у него». Очевидно, что этот пассаж сам по себе не представляет проблемы для христологической интерпретации. Однако в использовавшемся христианскими авторами переводе Феодотиона он передан как καὶ μετὰ τὰς ἑβδομάδας τὰς ἑξήκοντα δύο ἐξολεθρευθήσεται χρῖσμα «и после шестидесяти двух седмин потребится помазание». Как видно, здесь говорится не о Мессии, а о судьбе священства. По этой причине грекоязычным комментаторам приходилось давать этому пассажу историческое толкование: так, бл. Феодорит Кирский толкует эту фразу как указание на то, что после воцарения Ирода первосвященники лишатся действовавшей в них благодати. Более правильный вариант перевода был известен сирийским христианским комментаторам, пользовавшимся Пешиттой: например, Ефрем Сирин толкует этот пассаж как указание на отвержение евреями Иисуса Христа.
Толкование пророчеств о прекращении жертвы, разрушении города и святилища и поставлении «мерзости запустения» также вызывало у сторонников христологической интерпретации объективную проблему: ведь очевидно, что Храм продолжал функционировать и в период проповеди, и уже после казни Иисуса Христа. Ефрем Сирин и Феодорит Кирский толковали пророчество о прекращении жертвы как указание на то, что ветхозаветная жертва потеряет смысл после жертвы Иисуса Христа. Указание о запустении города и Храма они относили к иудейской войне, произошедшей вскоре после описанных в Евангелиях событий, таким образом совмещая христологическую интерпретацию с исторической. Относительно «мерзости запустения» толкователи приводили разные мнения. Бл. Феодорит Кирский утверждал, что Пилат тайно внес в Храм «некоторые изображения», что и стало «поставлением мерзости запустения». Аналогичным образом рассуждал Ефрем Сирин, писавший, что «Римляне внесут в храм орла и поставят его там вместе с изображением своего царя»[591] – впрочем, не совсем ясно, к какому времени св. Ефрем относил эти события. Иоанн Златоуст писал о языческом святилище, построенном на месте Храма императором Адрианом. Евсевий Кесарийский придерживался более радикального антииудейского мнения: «После же страдания Господня, опять в половину седмины, прекратилась жертва и приношение. Ибо все то, что после того делалось в храме, было не жертвоприношением Богу, а служением диаволу, когда все сообща вопили: