Мера наказания Вавилона определяется по мере его грехов
Определение Вавилону звучит однозначно: город будет разрушен до основания. Разрушение города показано в тексте несколько раз с помощью разных образов – говорится и о сожжении, и о землетрясении, и о превращении в пустыню… Все это дает понять, что город постигает кара Божия. Обилие образов кары некоторых читателей смущает, однако тот факт, что «цари», «купцы» и «корабельщики» наблюдают за Вавилоном извне, находясь на расстоянии, свидетельствует о том, что Вавилон как царство зла не полностью тождественен людям, извлекавшим выгоду из отношений с Вавилоном и обогащавшимся за его счет. Падение Вавилона происходит на их глазах, они понимают, что сами оказались на волосок от гибели – это страшное зрелище предупреждает об опасности «заигрывать» со злом.
Купцы и корабельщики горюют о падении «великого города», они как бы недоумевают, почему город был низвержен так внезапно и жестоко. Но имеет ли место «жестокость» на самом деле? В тексте Апокалипсиса сказано, что Бог «вспомнил» о Вавилоне, чтобы дать «чашу гнева» Его (Откр 16:19; 14:10). Образ «чаши» как символ участи известен еще с античных времен; ветхозаветные псалмы показывают нам чашу благословения (Пс 16:5; 23:5; 116:13) и, с другой стороны, чашу горечи (Пс 75:9). Образ чаши встречался нам и в Апокалипсисе несколько раз. Помните, женщина-Вавилон держала в своей руке золотую чашу, из которой она вином своим напоила все народы (Откр 17:4; 18:3). Получается, что страшная «чаша» – это не что-то «внешнее», что Бог силой налагает на город, но это атрибут самого Вавилона! Мы можем понять, что женщина-Вавилон будет принуждена сама испить из своей собственной чаши. Другими словами, то, что она делала со своими жертвами, будет в конечном итоге обращено против нее самой (Откр 18:6). И поэтому можно сказать, что блудница Вавилон
Момент искренней скорби о Вавилоне
При прочтении текста Откр 18 может показаться, что по отношению к разрушающемуся Вавилону автор занимает однозначную позицию – он призывает верных Богу людей к радости: «Веселись о сем, небо и святые Апостолы и пророки; ибо совершил Бог суд ваш над ним» (Откр 18:20). Но именно в этот момент, когда все, казалось бы, уже разграничено на черное и белое, в тексте появляется совсем иная интонация… Давайте внимательно вслушаемся в следующие слова, обращенные к Вавилону: «И голоса играющих на гуслях, и поющих, и играющих на свирелях, и трубящих трубами в тебе уже не слышно будет; не будет уже в тебе никакого художника, никакого художества, и шума от жерновов не слышно уже будет в тебе; и свет светильника уже не появится в тебе; и голоса жениха и невесты не будет уже слышно в тебе…» (Откр 18:22–23).