– Вот поэтому и не надо бояться тупых горжеводов, – пробормотал сероглазый, когда вода в услужливо поднесенной разносчиком кружке закипела. – Бояться надо скромных, глазастых механиков, которые много знают, все подмечают, и, по наводке которых, тебя грохнут за то, о чем ты даже не подозревал. И еще Раскона, рыжую скотину. Наверняка ведь знал, я эту шаргову железку во всех поселках надеваю, чтобы за садма сойти.

– Не факт, – возразил Брак. – Я сам случайно узнал про рефальд, от одного республиканца. Пока ты не упомянул, что его не сведешь, думал – обычный браслет.

– А, и ладно, – махнул рукой Кандар. – Продам потом, втихаря. Хотя нет… Точно не хочешь померяться силами?

– Неа. Второй раз ты меня не подловишь.

Они помолчали, прихлебывая вурш и хрустя крохотными, насквозь проперченными галетами, от которых во рту пылал пожар, а задница непроизвольно сжималась в предвкушении будущих страданий. Жерданы добрались до третьего потерянного Торденом цепа, сбились и начали по новой. Публика курила и почтительно внимала, за стойкой кемарил толстый разносчик.

– Как твоя нога? – кивнул на протез Кандар, ополовинив свою кружку. – Готов уже драпать от фелинтов?

– Если только ты своими руками их отвлечешь, – ответил калека, проводя пальцами по вязи рисунков на железной голени, – Иногда получается, иногда нет. Мысок согнуть, лодыжку. Ты был прав, когда советовал облегчить – он слишком тяжелый.

– Я всегда прав, – усмехнулся сероглазый. – И завидую. Такую дуру сгибать…

– В лесу сводить проще, я заметил, – пожал плечами Брак. – Все равно ходить нормально не смогу, слишком неудобно.

– Одним эйром дышим, я свою клешню годами осваивал. А ты за неделю захотел?

– Я бы процитировал что-нибудь мудрое, про первый глоток воды, пустыню или вроде того, – покачал головой калека. – Но, так как я уже пьян и ничего не вспомню, то просто пошлю тебя к шаргу.

– На ногу свою посмотри, вдруг подскажет. Как ты вообще их читаешь?

– Не читаю, – ответил Брак. – Это, скорее, как образы. Помочь вспомнить. То, что на бумаге займет три десятка страниц, можно уместить в пару крохотных картинок. Но понять их смогу только я.

– Звучит самодовольно до омерзения, особенно для того, кто только что изобрел детские рисунки, – заметил Кандар. – Книгу может прочитать любой.

– Если ты умеешь читать, – буркнул уязвленный Брак. – Не у каждого есть возможность поделиться своей памятью с бумагой. Ты можешь кидать кувалду за пятьдесят шагов, сводить флир с закрытыми глазами и по памяти пересказывать байки про Коричневого Капитана, но пока кто-нибудь не даст тебе букварь – книги для тебя закрыты.