Механик покачал головой, оперся на трость и пошел обратно к своим.

В общем зале лучшего гильдейского кабака было шумно, пьяно и весело. Играли музыканты, танцевали полураздетые женщины, пока чуть менее раздетые подавальщицы таскали между столов тяжелые подносы. Увы, Раскон был бесконечно далек от чаяний простого народа, поэтому до снятой им отдельной комнаты долетали лишь отголоски вакханалии, а прислуживал за столом скуластый мужичок с хитро закрученными усиками и такой прямой спиной, будто ему в задницу затолкали лом.

Оплачивал посиделки фальдиец из своего кармана, поэтому никто особо не стеснялся. Жерданы путались в названиях блюд, мешали сладкое ореховое суфле с печеной салякой и совместно опорожняли уже третий кувшин пива – на этот раз настоящей республиканской медовухи на горных травах. Кандар грыз слоеные вафли с перетертыми грибами и пил какую-то жуткую мешанину из вина, “Горных Слез” и слезогонной настойки степного пустырника, которой здесь называли вонючий самогон кочевников. Даже Брак поддался настроению повального обжорства, обнаружив среди блюд медузью кашу – перченую до черноты, густо приправленную луком и мелко порубленной жареной рыбой. Стоящая в ней ложка упорно отказывалась падать, а рот после снятия пробы горел давно позабытым огнем стояночного костра, настойчиво требуя пива и вурша. Ели много, пили еще больше, поднимая кружки за удачное возвращение, конец сезона, пополнение в команде и тех, кто больше никогда не увидит красот Троеречья.

– Ты спрашиваешь, откуда здесь медузы? – уточнил Кандар, тираня струны выпрошенной у разносчика хорпы, – Возят на горжах прямиком из степей.

– Брешешь.

– Угу. – не стал отрицать сероглазый. – Здесь на озере хватает интересной живности. Среди прочих водятся гребневые медузы. Зимой они дрыхнут на дне, а вот по весне на воде частенько вздуваются пузыри. Вот их ты и жрешь.

– Теперь точно брешешь, – усмехнулся Брак, – Вода пресная, а медузы от нее загибаются. Давай следующую версию.

– Не врет, – оторвался от пива Жердан Младший. Почмокал губами и добавил: – Водятся. Только мелкие и…

– Зеленые.

– Вообще, они больше похожи на солмов-переростков, чем на гребневых медуз. – пояснил Кандар, – Яда нет, совершенно безобидные, зато летают куда лучше. Гравки в них слабые, толку почти никакого. Разве что на те же фолшеры пускать или тележки. К тому же, их мало осталось, охотники повыбили на озере почти всех, а больше зеленые медузы нигде не встречаются. Так что ты, Брак, возможно жрешь одного из последних их представителей, павшего в неравной схватке со скрапперами.