Да, нервный срыв привел Фарфорова на скамью подсудимых и обошелся ему штрафом и условным лишением свободы на полтора года. Подобные просчеты публика не прощала многим прежним кумирам. После такого гораздо более яркие американские, французские, итальянские и российские звезды закатывались навсегда. Однако и здесь Фарфоров только выиграл, триумфально вернувшись спустя год на большую эстраду с новым талантливым и эффектным турне по стране. Теперь публика еще более жаждала увидеть возвращение «уголовника Фарфорова». И он не обманул своих верных поклонников.

Последние годы не все шло гладко; Фарфоров не слишком удачно занялся продюсерским ремеслом и постепенно даже впал в апатию. Но судьба, столь часто благоволившая певцу, снова преподнесла подарок: сперва в виде уголовного преследования со стороны следователя Агушина, а затем полного оправдания, снятия обвинений и награды в виде баснословного наследства Шлица.

Довольно глупо с его стороны было бы промолчать в такой ситуации. И он не молчал. Больше суток он вещал всевозможным журналам, газетам и телеканалам про свою Фортуну и дружбу с покойным продюсером Шлицем. Раскрыв рот после беседы с Артемом Павловым, Кирилл Фарфоров уже его не закрывал: ни на Лазурном Берегу, ни в самолете до Москвы, ни тем более в свете множества встречающих его в Домодедово фотовспышек.

— Да, друзья мои! — махал он рукой журналистам. — Кирилл Фарфоров всегда возвращается победителем! Всегда! Скажите это всем!

А там, на стоянке перед аэропортом, уже стоял его роскошный белый лимузин, возле которого визжали от восторга бог весть как узнавшие о прилете Кирилла преданные поклонники и поклонницы.

— Ки-рилл! — скандировали они.

— Ки-рилл!!

— Ки-рилл!!!

— Я здесь, любимые мои! — слал воздушные поцелуи Киря, проходя паспортный контроль.

— Я здесь, обожаемые мои! — чуть не плакал он от умиления, параллельно руководя получением своего немалого багажа.

— Я здесь…

Продюсер № 1

Продюсер № 1

Понятно, что светская тусовка и народные массы после услышанной, прочитанной и даже увиденной по центральным ТВ-каналам новости пребывали в легком смятении. Одним из первых об этой новости узнал Корней Львович Фрост. Прочитав в утреннем выпуске его же собственной газеты «СССР — самые свежие сплетни родины» ту же самую новость, он вдребезги разбил стоявший на столе хрустальный глобус с надписью «Number ONE Producer of the World», что соответствовало названию его основного телеканала. Осколки былого величия разлетелись по кабинету, оставив вмятину на ореховой стене напротив стола. На звон и грохот в кабинет заглянула встревоженная секретарша, но поспешила спрятаться за дверь от замахнувшегося статуэткой «ТЭФИ» теперь уже в ее сторону разъяренного босса.