— Нет, Джон, — ответил Крайцлер, вновь замахав руками. — Лишь часть того, что вы нашли на Бакстер-стрит, привела вас к такому выводу. Подумайте еще. Что еще он оставил?

Я задумался.

— Коллекцию глаз… схему… и шкатулку с дагерротипом.

— Верно. Теперь подумайте о сознательных или бессознательных мотивах, вынудивших его оставить именно эти вещи. Глаза безошибочно показывают на то, что перед вами нужный человек. Схема дает общее представление о месте, где будет нанесен следующий удар. И шкатулка…

— Шкатулка говорит нам то же самое, — поспешно воскликнул я. — Дагерротип дает нам понять, что мы нашли Яфета Дьюри.

— Правильно, — выразительно сказал Крайцлер. — Но что вы скажете о ее содержимом?

Я не понял.

— Сердце? — пробормотал я в замешательстве. — Старое и высохшее. Вы считаете, оно принадлежало его матери.

— Да. Теперь объедините карту и содержимое шкатулки.

— Система водоснабжения города… и сердце…

— Теперь добавьте сказанное Джозефом.

— Замок или крепость, — отозвался я, все еще не понимая, к чему он клонит. — Место, откуда можно увидеть весь город.

— И?.. — нетерпеливо подтолкнул меня Крайцлер.

Когда мы повернули на Пятую авеню, ответ обрушился на меня подобно тысяче громов. Растянувшись на два квартала к северу и один квартал к западу, стены его соперничали высотой с окружающими зданиями и выглядели так же величественно, как в незапамятные времена могла выглядеть легендарная Троя. Перед нами возвышалась громадина резервуара Кротон. Выстроенный по образу и подобию египетских мавзолеев, резервуар представлял собой чудовищных размеров крепость, по бастионам которой любили прогуливаться ньюйоркцы, наслаждаясь великолепной панорамой города (равно как и рукотворным озером в стенах резервуара). К тому же Кротон служил основным водохранилищем всего Нью-Йорка. Иными словами, это было самое сердце городской системы водоснабжения, центр, к которому сходились все акведуки и которым питались все артерии водопровода. Пораженный, я обернулся к Крайцлеру.

— Да, Джон, — улыбнулся он, когда мы приблизились к гигантской конструкции. — Здесь. — И он потянул меня за рукав, вынуждая прижаться к стене, пустынной в этот поздний час. — Вы, без сомнения, обсуждали, — понизив голос, продолжал он, — что Бичему может быть известно про то, что в первую голову мы станем наблюдать за береговой линией. Однако подходящей альтернативы у вас не было, и вы побережьями и ограничились. — Ласло поднял голову и впервые за эту ночь я заметил на его лице признаки волнения. — Если моя догадка верна, то он сейчас наверху.