— Ты проявила удивительную силу там, под аркой, Ди. Ты знаешь, что пнула его левой ногой, когда он уже отрубил тебе правую?

Ди как-то странно засмеялась. Хотя, наверное, это просто слюна попала в горло.

— Дважды, — подтвердила она. — Чисто рефлекторно, не раздумывая.

Бергер улыбнулся, помолчал. В молчании она тоже прекрасно проявлялась. Солидарность. В этот раз он обошелся с Ди жестко. Жестче, чем когда-либо.

— Они пока точно не знают, когда я снова смогу ходить, — сказала Ди. — Впереди «ремобилитация».

— Реабилитация, — улыбнулся Бергер. — Понимаю. Но ты будешь ходить. Будешь бегать, Ди, прыгать, как длинноногая лань.

— Сексист, — сказала Ди.

И да, они посмеялись вместе.

Он увидел еще один островок в своем океане неопределенности. Этот островок назывался дружбой. Только сейчас он понял это по-настоящему.

Казалось, что Ди очень устала и вот-вот отключится. Долгое время Бергер видел лишь белки ее глаз. Он встал, не отпуская ее руки. Стоило ему подняться, как взгляд Ди тут же оживился.

— Мы должны оказать сопротивление, — сказала она заплетающимся языком. — Бесы наступают, и мы должны дать им отпор.

— Знаю, — сказал Бергер, рассматривая ее правую ногу.

Нога была помещена внутрь какой-то конструкции. Вокруг ноги, ниже колена, был намотан странный толстый бинт.

— Хорошо, что ты левша, — пошутил Бергер.

Но она уже спала.

Бергер осторожно погладил повязку на правой ноге Ди и вышел в коридор.

На этот раз он не стал блуждать. Спросил медсестру и получил четкий ответ. Идти надо было далеко, но Бергер нашел нужное отделение с первой попытки.

Она стояла у своей кровати. Готовая, с вещами. Она стояла к нему спиной. Он долго смотрел на нее. Было в ее фигурке что-то магическое.

А потом она обернулась. И увидела Мирину. Бросилась к ней. Бергер расстегнул слинг и положил дочку на кровать.