Все втроём они прошли в спальню. Фотография в резной деревянной рамке висела над кроватью рядом с простенькой бумажной иконкой, на которой Георгий Победоносец на белом коне пронзал копьём змея.

Агата кивнула, словно приветствуя старую знакомую: на снимке была некрасивая женщина с острыми скулами и усталыми глазами, она натянуто улыбалась, будто по указке фотографа, и в улыбке этой и в глазах Агате почудилась обречённость.

– Она умерла, когда мне было четыре, – вздохнула Мария. – Но я её хорошо помню.

«А она помнит о тебе, – подумала Агата. – Никогда не забывала».

Час спустя, попив чаю с земляничным вареньем, они с Полиной вышли из квартиры Марии, и Агата наконец дала волю эмоциям – выплеснула с изрядной долей злой радости то, что весь этот час удерживала в себе:

– Я знаю, где искать Надзирателя! Знаю, Поля!

Сбивчиво, быстро, словно боясь куда-то опоздать, она выложила всё о матери Марии, и о том, где скрывался архонт с остатками своей Стаи. Закончив, нетерпеливо ударила кулаком по ладони.

– Теперь ему конец, я грохну ублюдка! Скоро всё закончится, Поля.

Чародейка озадаченно почесала затылок.

У нас в Краснодаре есть свои люди. Сегодня же с ними свяжусь, пускай эту инфу проверят. Если всё подтвердится – будем действовать немедля.

Агата скривилась: она хоть сейчас готова была рвануть в Краснодар без всякой проверки «инфы».

– Терпение! – сурово сказала Полина, заметив на её лице разочарование. – Уже завтра мы будем знать всё, что нужно. Терпение, Агата.

Глава тридцать первая

Полина не обманула, на следующий день после обеда она зашла в комнату Агаты с довольным видом и заявила, что информация подтвердилась: с большой долей вероятности Надзиратель действительно обитает в особняке возле Краснодара. Она вынула из сумочки сотовый телефон и продемонстрировала фотографию пухлого лысого мужчины.

– Вот. Это Владимир Малышев, директор крупного деревообрабатывающего предприятия. Четыре месяца назад он забросил все дела и теперь из своего особняка даже не вылезает. Только там и живёт, хотя у него две квартиры в городе. Разогнал всю старую прислугу, ни с кем из друзей и знакомых не общается, но в особняке с ним проживают ещё трое – двое мужчин и женщина. Один из наших людей побывал возле этого особняка и почувствовал, как он выразился: «Ну очень хреновую энергетику».

Агата нетерпеливо взяла у Полины телефон, всмотрелась в фотографию: ещё одна жертва Надзирателя. У Владимира Малышева были строгие глаза, пухлые, как у хомяка, щёки и нос картошкой. Выбирая себе тела, архонт явно не руководствовался эстетическим фактором – то мелкий очкарик Паша, теперь вот лысый толстяк. Агата хмыкнула: чем руководствуется такая нечисть, как Надзиратель, лучше даже не гадать. Его разум даже не потёмки, а чернющая бездна.