— И на этот раз не подведу. Слушай, я понимаю, что тебе страшно. Я сам боюсь. Я знаю, что мое появление здесь больше похоже на сон. Но я выполняю задание. Я должен кое-кого вывести из лагеря. Ученого. И у меня есть план побега. Сегодня ночью приземлится самолет. Здесь недалеко. И заберет нас отсюда. В Англию.
— Самолет?
— Слушай меня, Лиза. Ты должна! — он взял ее за плечи. — Хотя бы ради наших родителей. Ты же знаешь, что они хотели бы этого для тебя. Мы должны попытаться.
Минут пятнадцать уже прошло, прикинул Блюм. В лучшем случае у них есть еще минут пять. Пять минут, чтобы убедить сестру, бросить все, чем она жила последние годы, и довериться ему. Тени, внезапно возникшей из прошлого. И подвергнуться смертельному риску. Он глянул на насос. Ройзман скоро начнет нервничать. Блюм обнял сестру.
— Теперь, когда я нашел тебя, я без тебя никуда не уйду. И неважно, чего это будет стоить. Я тебя больше не оставлю.
Он видел по ее растерянному взгляду, что творится в ее душе. Страх. Но там же была и безграничная вера. Вера в него. Здесь, за колючей проволокой, она просто впала в спячку. Лагерь забрал у нее все: силу воли, способность действовать, надежду. Но что-то еще жгло ее изнутри. Блюм это чувствовал. Будто свет в конце туннеля блеснуло это в ее мятущемся взгляде. Он взял в ладони ее лицо.
— Это же я. Верь мне, Ямочки. Идем!
Сначала она смотрела на него нерешительно. Но потом кивнула.
— Хорошо, я пойду с тобой, Натан. Я тебе верю. Я пойду.
— Я знал, что ты меня послушаешь, — улыбаясь, Блюм взял ее за руки.
— Мне только надо забрать…
— Нет, — Блюм покачал головой. — Времени нет. Надо идти сейчас же.
— Мой кларнет. Я же не могу его оставить.
— Нельзя брать ничего, даже кларнет, Лиза. Мы уже потеряли кучу времени. Пора уходить.
Она решительно кивнула, а он вытер слезы с ее щек.
— Ладно, тогда пошли.
— Ты сможешь, — сказал он. Гладя ее по лицу. — Я обещаю. Все хорошо, Ямочки!
Она набрала в грудь воздуха и улыбнулась:
— Да.