К счастью, Ян не появился. Я добралась до комнаты с люком; не останавливаясь, замахнулась топором и ударила лезвием по старым доскам. Дверь обиженно заскрипела, выбросила вверх столп сухих щепок, но все еще оставалась крепкой.

Я била и била ее топором, вкладывая в удары все отчаяние, всю боль от происходящего. Наверное, если бы я остановилась, то поняла бы, что по мне градом течет пот, что руки почти онемели от усталости, что вывихнутое запястье горит огнем, что в голове шумит, а сердце вот-вот запнется от бешеного ритма, но я не останавливалась. Не опустила топор даже тогда, когда дверь наконец поддалась, когда я пробила в ней дыру. Эта дыра в любом случае была слишком маленькой для того, чтобы я в нее пролезла, а потому я продолжала бить до тех пор, пока размеры отверстия меня не удовлетворили. Только после этого топор выпал из моих рук, я просто не могла его больше удерживать.

Следом за топором на колени упала и я. Уперлась руками и лбом в холодный пол, долгую минуту потратила на то, чтобы отдышаться. Большего я не могла себе позволить, мне нужно добраться домой. Если Вера и та помощь, за которой она пошла, уже там, нам нужно отправляться в лес на поиски Юльки. Я понятия не имела, какую именно помощь Вера имела в виду, но чувствовала, что мне лучше найти сестру первой.

По тоннелю пришлось пробираться на ощупь. Мобильный телефон я впопыхах забыла в машине, даже в Желтом доме он мне был не нужен, луна хорошо освещала мир, но до тоннеля ей было никак не добраться. Благо я помнила, что никаких разветвлений он не имел, а потому мне просто нужно держаться за стены и с максимальной скоростью пробираться вперед. А еще молиться, чтобы не встретить никакую нечисть. Даже самые лояльные из нее сейчас были настроены против меня.

Еще во флигеле, когда я поднялась наверх из подвала, поняла, что в доме что-то происходит. Это не было похоже на панику, как если бы внутрь ворвалось что-то страшное, скорее походило на суету. Из последних сил я прибавила скорость и выбежала в гостиную.

За спинами тетушек я не видела Юльку, но знала, что она здесь, почувствовала ее. Но не как сестру, о которой заботилась двадцать один год, которую любила больше всего на свете. Я почувствовала опасную нечисть. Волосы на моем затылке приподнялись от ужаса, кто-то пробежал холодными пальцами от шеи вниз, до поясницы. В кровь выплеснулась новая порция адреналина, хотя мне казалось, что я истощила все его запасы.

– Тетушки! – позвала я, остановившись у входа в гостиную.

Тетушки обернулись, и я наконец увидела Юльку. Она лежала на диване, который привезли недавно вместо погибшего в пожаре. Вся одежда ее была в крови, длинные рыжие волосы выглядели спутанными, спекшимися от нее же. Кровью было перемазано и лицо, только большие зеленые глаза блестели ярко, отливали краснотой.