Я замотал головой. Вряд ли в моей жизни был человек, ради которого бы я мог стольким пожертвовать. Почти всем.

Ричи тихо засмеялся.

— Да всё просто. Когда-то в детстве мы поклялись защищать друг друга, чтобы не случилось. Мы на крови клялись между прочим, так что мы почти что кровные братья.

Он поднял ладонь, на которой едва заметно прорисовывался корявый шрам. Я отупело уставился на свою руку. На моей ладони, начиная от указательного пальца и почти до запястья, белел точно такой же. Иногда я пытался вспомнить, откуда он у меня, даже спрашивал как-то у матери. Но она лишь пожимала плечам и говорила, что, наверное, упал в детстве.

— Пусть ты забыл об этом, но я всё еще помню. Когда ты бежал из страны, спалив к чертям собственный дом, я не задумался ни на секунду, бросившись следом. Я обещал быть рядом, обещал много лет назад. И я свое обещание держу. Ты всегда можешь на меня положиться. Я хочу, чтобы ты помнил об этом, даже если никогда не простишь мне мою ложь.

Его голос был твердым, во взгляде лучилась железобетонная уверенность. Глаза предательски защипало, и я, поднявшись на ноги, отвернулся, глядя на озеро Мичиган. Всю свою жизнь я хотел, чтобы рядом со мной был человек, который поддержит меня. Не потому что я хороший юрист, не потому что я мозговитый и ответственный парень. А потому что я это я. Мне так хотелось, чтобы я был нужен кому-то, просто так.

И такой человек с самого начала был рядом. Незаметной тенью следуя за мной годами, он незримо наблюдал за мной, готовый в любой момент протянуть руку, чтобы не дать мне упасть.

Я почувствовал ладонь, сжавшуюся на моем плече. Глаза заволокло прозрачной пеленой, слеза скользнула по щеке и, сорвавшись, впиталась в землю под ногами.

Я не понимал до конца его пугающей искренности, не понимал, как может кто-то так бескорыстно хотеть помочь другому человеку. Не понимал, что я значу для него, раз он смог бросить ради меня собственную жизнь. И, наверное, никогда не смогу понять. Но, не смотря на всё это, я был благодарен ему всем своим существом за то, что он даже сейчас просто был рядом.

— Спасибо, — едва слышно выдохнул я.

Ричи не ответил, только его рука чуть сильнее сжалась на моем плече.

Озеро переливалось, весело и беззаботно сверкая в лучах июньского солнца, ветер слабо шевелил кроны деревьев, выпустивших в палитру этого года гамму зеленых цветов. А мы так и стояли, молча глядя на воду, и в этом молчании скрывалось больше смысла, чем во всех словах этого мира.

***

— Точно не хочешь заехать домой? — спросил Ричи, крутя в руках телефон.