– Значит, вы его убили, потому что он мог вас опознать?

– Он сам виноват. Он не должен был туда приезжать.

– Я передам ваши слова его вдове, – сказал Миллер. – Уверен, они ее очень утешат.

Сю собрала свои заметки, и Эскотт сделал то же самое. Его подзащитная созналась, и это означало, что он может отправиться в паб немного раньше, чем планировал. Но Миллер пока никуда не торопился.

– Конечно, бывают дни, когда я думаю: лучше бы я остался дома в кровати, – сказал он. – Играл бы себе на гитаре или возился с крысами. – Он повернулся к Сю и Эскотту. – Я играю на гитаре, и у меня дома есть крысы… Но в основном мне очень нравится моя работа, и мне всегда интересно узнать, что другие люди думают о своей. – Он наклонился через стол. – Что скажете, София?

Она пожала плечами и усмехнулась.

– Деньги. Дело всегда в деньгах. Вряд ли вы поймете.

– А, вот оно что, – Миллер откинулся назад. – Ну, слава богу. А то бы я сегодня не уснул.

– Я убиваю не потому, что мне это нравится. – Она покачала головой. – Вот еще глупости. Зачем нужна работа, если не чтобы получать деньги? Деньги, которые можно копить.

– Справедливое замечание, – согласился Миллер. – И я очень восхищаюсь вашей дальновидностью – хотя там, куда вы отправитесь, ваши сбережения вам вряд ли понадобятся.

– Вы все еще не понимаете. – София опустила глаза и медленно покачала головой. – Мне важен каждый пенни. Как думаете, зачем я опустошаю их кошельки? Каждый пенни! Я откладываю их, потому что так надо, потому что я посылаю их в Сербию своей семье. Вернее, тому, что от нее осталось…

Миллер подождал. Молодая женщина с трудом сглотнула и скривилась от боли – явно не физической.

– Все, что я сделала, все эти убийства – для вас это что-то ужасное… Но совсем другое дело, когда у тебя на глазах убивают твоих родителей. Когда тебя заставляют вытирать кровь, а потом копать им могилы. – Ее лицо от мрачных воспоминаний застыло в жуткой гримасе. – Когда тебя заставляют делать… всякое разное.

Миллер сидел как зачарованный.

– Я выросла среди смерти, как вы росли среди игрушек, плюшевых мишек и пазлов. – На ее глазах выступили слезы, но она даже не попыталась их вытереть. – Представьте: смерть вокруг тебя каждую минуту, каждый божий день – мне оставалось только делать все возможное, чтобы остаться в живых. Чего бы мне это ни стоило, ясно вам? Мне повезло…

Сю уставилась на Миллера. Он жадно ловил каждое слово.

– Серьезно? Вы купились?

Миллер увидел, что София подмигнула ему и улыбнулась.

– Нет. – Он откашлялся и посмотрел на Сю как на умалишенную. – Конечно же, нет…